Рубрикатор
- Концепция
- Поэтика повествования в фотокниге Масахисы Фукасэ «Семья»
- Полилог нарративов в фотокниге Ларри Салтона «Картинки из дома»
- Заключение
1. Концепция
«Я вижу, я чувствую, следовательно, я замечаю, рассматриваю и мыслю» [1, c.46] Ролан Барт «Camera lucida. Комментарий к фотографии»
Можно утверждать, что фотокнига — это особый способ высказывания. Используя визуальные средства и не прибегая к словесному рассказу, автору удается на страницах фотокниги развернуть нарратив, состоящий из последовательности событий, героев и действий.
Но высказывание или сообщение всегда требует адресата, и, тем самым, обозначение фотографии как текста расширяет границы произведения и неизбежно приобщает к сотворчеству автора и реципиента.
Представив фотографию как текст, мы можем заметить и раскрыть художественные образы, запечатленные на ней, с позиции нескольких уровней: — Текст как сообщение; то есть сам сюжет — Текст как свидетельство; мы вдруг видим особенности той проблематики, которая интересовала автора — Текст как авторское послание
Смыслы в фотографии достигают зрителя за счет выразительности изображения, благодаря которому могут быть воспринята семантика образа, его поэтическая и эстетическая составляющая.
Каждую фотокнигу можно представить как совокупность текстов, которые воспринимаются или исследуются как ограниченное дискурсивное пространство, сотканное из наиболее важных для автора архетипов, сюжетов, символов и метафор.
Данное дискурсивное пространство можно определить как мегатекст.
С одной стороны, фотография может рассматриваться как отражение малого биографического времени автора и общего контекста культурной картины мира.
С другой — как повествовательный нарратив
Но особенно значимо представление о фотографии как о синтезе художественно-выразительного и ценностного, порождающий новые смыслы и подтексты.
Представляется, что переживание интересующей автором проблематики требует от него нахождения необходимой натуры, то есть выражения. Выражение — художественные средства, соотносимые с поэтикой образа, которое «считывается» реципиентом. Это следует из концепции «открытого произведения» Умберто Эко, которые является вполне применимым и к области других видов искусства, в частности, к фотографии.
Возможно, нарратив и текстуальное повествование, разворачивающееся в фотокниге, качественно отличает ее от «альбомного архива». Фотокнига не статична и не является инструментом дискурса: она сама создает этот дискурс и, тем самым, становится перформативным источником.
Первая часть визуального исследования посвящена фотокниге Масахисы Фукасэ «Семья», вторая — американскому автору Ларри Салтону и фотокниге «Картинки из дома».
Выбор фотокниг, в которых раскрывается проблематика семейных отношений, оказался случайным, однако интересным с точки зрения на нее Востока и Запада, олицетворенных в фигурах фотографов.
В визуальном исследовании в качестве текстовых источников были выбраны академические статьи, посвященные сходной методологической рамке анализа творчества Масахисы Фукасэ и Ларри Салтона.
2. Поэтика повествования в фотокниге Масахисы Фукасэ «Семья»
Кажется, что в текстуальном анализе фотокниги Масахисы Фукасэ особое значение приобретает малое биографическое время автора. В «Семье», как и в других работах Фукасэ, отражается его личный опыт переживания отчужденности, благодаря чему сюжеты приобретают интимный характер. Эти переживания Фукасэ иногда обличает в игровой и комичной манере, иногда — в трагической и словно по-настоящему молчаливой.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
В фотокниге «Семья» мы можем отметить определенную архитектонику построения: все фотографии расположены вертикально, за исключением двух пейзажных снимков собственно семейной фотостудии в альбомном формате. Благодаря тому, что они расположены в начале и в конце книги, образуется зацикленность повествовательного нарратива.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
В способах художественной рефлексии раскрывается отношение Масахисы к моделям. Фукасэ прибегает к традиционному стилю формального семейного портрета, являющегося основной работой фотостудий. В изображении членов семьи, автор, кроме того, следует всем правилам жанра: все члены семьи сгруппированы, мы видим мужчин в верхнем ряду, женщин — в среднем, а детей — в нижнем ряду или по бокам группы. Не менее важно, что портреты сделаны в семейной студии с использованием видоискателя, первым, которым научился пользоваться Масахиса [3].
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Данное приобщение к традициям жанра, семейному наследию и личному биографическому опыту характеризует художественную рефлексию Масахисы. Фукасэ, тем самым, создает с помощью визуальных средств определенный горизонт понимания. Иными словами, в созданном фотографом художественном тексте заключается система ассоциаций, умозаключений и субъективных открытий Масахисы, которая откликается у зрителя, знакомившегося с фотокнигой.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Как упоминалось ранее, одним из основных способов художественного воплощения и актуальности авторского замысла у Фукасэ является определенное соотношение трагического и комического. В этом заключается драматический художественный модус: текстуальный нарратив в фотокниге разворачивается как разрешение конфликта, который, с одной стороны безусловно имеет личный характер, с другой же — универсальный, благодаря общекультурным ассоциациям.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
На некоторых изображений Масахиса включает надгробные портреты. Так, на двух фотографиях присутствует портрет его племянницы, школьная фотография которой превращается в надгробный портрет после ее смерти в возрасте 5 лет [3]. Здесь можно выделить поэтическое мировоззрение Масахисы, которое становится пространством символов и метафор: иногда эти погребальные портреты действительно буквальны и являются самостоятельными изображениями, но иногда Фукасэ будто находит их в отражениях других людей, например, актрис [3].
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Фукасе придает смыслу произведения зрелищную наглядную выразительность за счет нестандартного «искажения» традиционного жанра семейных портретов в фотостудиях. Масахиса поворачивает своих героев спиной к камере, добавляет полуобнаженную фигуру жены Йоко, а иногда заменяет её на другую модель. В фотографиях не групповых портретов, а, например, портретов отца и матери Масахисы, Фукасэ играет с различными степенями обнаженности.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Работа над фотокнигой «Семья» стала одной из самых продолжительных у Фукасэ. В связи с тем, что некоторые фотографии сделаны во время памятных событий, которые привязаны ко времени года, Масахиса возвращался в родной город с некоторой периодичностью в один и тот же сезон. Здесь важно отметить общекультурный контекст Японии: в японской символике и ее эстетике у поэзии хайку было особое значение, связанные с акцентом на сезонность, которая неразрывно связана с мыслью о быстротечности. В этой связи по-особому раскрываются фотографии Фукасэ, на котором мы видим его отца в разные периоды его зрелости и старости [3].
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Возможно, один из центральных вопросов, вокруг которого Фукасэ выстраивает нарратив в фотокниге: каково принадлежать к семье? Будучи наследником семейной фотостудии, Фукасе особенно остро ощущал противоречие между потребностью в безусловном принятии членами семьи и нормативным контекстом, который не одобрял открытое выражение чувств.
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
Масахиса Фукасэ, «Семья», 1991 год
3. Полилог нарративов в фотокниге Ларри Салтона «Картинки из дома»
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
«Так вот почему я пришел сюда? Найти себя, фотографируя их?» [4] Ларри Салтон
Поскольку фотокниги являются перформативным источником, содержащем определенный нарратив, то они имеют значительную ценность для саморефлексивного измерения культуры. В фотокниге «Картинки из дома» Ларри Салтона на частном примере жизни одной семьи разворачивается история и культура послевоенной Америки.
Примечательно, что на первых страницах мы видим архивные фотографии Салтона в детстве, сделанные его родителями. Возможно, это не подразумевалось автором, но на английском языке устойчивое выражение «jump through hoops» означает выполнение сложных или раздражающих действий, чтобы что-то получить [2].
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Между опытом и памятью образуется пространство и разрыв в той же степени, в какой существует разрыв между прошлым, когда была сделана фотография, и настоящим, когда она собственно интерпретируется. Проблема интерпретации тесно связана с феноменом текстуальности и нарративного повествования, которое образуется благодаря средствам визуальности.
Ларри Салтон будто сразу закладывает в своих фотографиях идею Умберто Эко об «открытом произведении», которое начинает свое подлинное существование только при наличии соавторов. Фотограф сразу приглашает к диалогу своих родителей: семейные фотографии, сделанные матерью и отцом, соседствуют на страницах проекта с фотографиями, сделанными их повзрослевшим сыном.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Таким образом, фотокнига Салтона работает на двух уровнях: макро- и микро-повествовании. История его родителей, которые обрели счастье, которое измеряется общепринятыми критериями, определяющими американскую культуру, может быть расширена до истории целого поколения.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
«Я хотел развеять эту семейную мифологию и показать, что происходит, когда нами движут образы успеха» [4] Ларри Салтон
Начинающийся с критического социологического эссе проект в конце становится не до конца ясным изложением воспоминаний. В этом смысле кажется, что нарратив фотографий оказался более убедительным, чем резкий нарратив вступительного эссе, поскольку изменил темпоритмику повествования.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Как отмечалось ранее, фотокнига Салтона становится пространством полилога не только благодаря записанным воспоминаниям отца и матери, но и благодаря включению в проект фотографий, которые были сделаны родителями Ларри в его детстве.
Нарратив в фотокниге может также представлен несколько иначе: на уровне общего контекста мы видим историю о традиционной семье, на частном уровне — экзистенциальное переживание автором принадлежности к этому времени и культурному контексту.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Как упоминалось, авторский замысел Салтона — демифологизировать образ традиционной успешной семьи послевоенной Америки, и для выражения этой мысли Салтон находит конкретные художественные образы и сюжеты, в которых акцент внимание на отсутствии контакта между его родителями.
Отец Ларри смотрит телевизор, взгляд матери направлен ровно в камеру.
Или, находясь в постели, они полностью погружены в чтение.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Но цель демифологизации семейного уклада Америки, основанных на чуждых для Салтона ценностях, не оказалась для него достижимой: мы замечаем также фотографии, которым удалось подтвердить жизнь и счастье пары.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
Это актуализирует важную для Салтона проблему: проблему самой возможности правдивости и достоверности фотографии, как в кинематографической работе Микеланджело Антониони «Фотоувеличение» в жанре итальянского неореализма.
Автор признается: все фотографии в разной степени имеют сценическую постановку, и заглянуть в сакральное и интимное пространство дома родителей и их отношений не удалось.
Ларри Салтон, «Картинки из дома», 1992 год
В фотокниге «Картинки из дома» сталкиваются два нарратива: с одной стороны, нарратив самого автора проекта, Ларри Салтона, критикующего те принципы, на которых зиждется поколение его родителей, с другой — сами родители Ларри, которые сомневаются уже в правдивости и достоверности фотографий своего сына [4]. Кажется, что в попытке демифологизировать образ семейной жизни старшего поколония, нарратив Ларри Салтона сам оборачивается мифом.
Но, возможно, что в этом многообразии «текстов», которое обнаруживается в пространстве фотокниги, и находится правда.
4. Заключение
Авторское высказывание в фотокниге приобретает особую форму, отличающую данный тип издания от других.
Используя визуальные художественные образы и выстраивая их с учетом определенной архитектоники, фотографу удается найти наилучшую форму для выражения собственной мысли и переживания.
Представляя фотографию как текст, мы расширяем пространство смыслов вокруг нее, поскольку фотокнига, таким образом, становится результатом бесконечной совместной работы автора и реципиента.
Работы Масахисы Фукасэ и Ларри Салтона стали ярким примером синтеза художественно-выразительного и ценностного, порождающего новые смыслы и подтексты.
Барт, Р. Camera lucida. Комментарий к фотографии / Р. Барт. — Москва: Ad Marginem, 2011. — 272 с.
Культовые фотокниги: от истории семьи до краха архитектурной эпохи // Школа Родченко онлайн — Среда Обучения: сайт. — URL: https://rodchenko.sredaobuchenia.ru/cult-photo-books (дата обращения: 09.11.2025)
Lofeodo P. Primordial Condition: The Absurdity of Belonging in Masahisa Fukase’s Family. 2021. URL: https://www.academia.edu/79048242/Primordial_Condition_The_Absurdity_of_Belonging_in_Masahisa_Fukase_s_Family (дата обращения: 10.11.2025)
Sandbye M. Performing and Deforming the Family Archive. 2013. pp. 238-256. URL: https://www.academia.edu/10122404/Performing_and_Deforming_the_Family_Archive (дата обращения: 10.11.2025)
Подписные издания: https://www.podpisnie.ru/books/family-by-masahisa-fukase/ (дата обращения: 12.11.2025)
FOTODEPARTAMENT: https://shop.fotodepartament.ru/shop/books/document/masahisa-fukase-family (дата обращения: 12.11.2025)
Larry Salton: https://www.larrysultan.com/gallery/pictures-from-home/ (дата обращения: 10.11.2025)
Lumiere Gallery — Галерея Люмьер https://bookshop.lumiere.ru/product/masahisa-fukase-family/ (дата обращения: 11.11.2025)
MACK: https://mackbooks.co.uk/products/family-kazoku-br-masahisa-fukase (дата обращения: 11.11.2025)
pen: https://pen-online.com/arts/masahisa-fukases-family-portraits/?scrolled=1 (дата обращения: 12.11.2025)
Village books: https://villagebooks.co/products/pictures-from-home (дата обращения: 12.11.2025)
