Концепция исследования
Изображение женских персонажей на экране стало предметом активных дискуссий и попало в центр кинематографического дискурса, кажется, ещё со времён зарождения голливудского кино, вместе с появлением на экранах героинь Грейс Келли и Марлен Дитрих. Безусловно, за более чем столетнюю историю кино оптика восприятия женских образов не раз трансформировалась, прежде чем стать такой, какой она является сегодня. Так, Лора Малви, исследовательница в сфере феминистской теории кино, отмечает, что в раннем голливудском кинематографе женщина на экране представляла собой объект зрительского взгляда, прежде всего — мужского (Малви, 1975).
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
Особый интерес в этом контексте в российском кино представляет «женское» направление — группа кинематографических работ, которую условно стали выделять, когда в 2010-е в российском кино стало появляться всё больше женщин, занимающихся созданием фильмов и когда в драматургический фокус фильмов всё чаще стали попадать женские персонажи, а сами фильмы концентрировались на их опыте. Как отмечается в книге «Капризное отражение. Феминистские идеи на киноэкране», критическое и исследовательское осмысление женских образов на экране позволило отделить их от «мужского взгляда» и «подготовило почву для освобождения от них и выстраивания новой кинематографической оптики, свободной от мужского объективирующего и опасающегося взгляда» (Крувко, Косякова, 2024).
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
При этом довольно часто в данном дискурсе затрагивается вопрос о не всегда очевидной виктимизации женских персонажей: «…в современной культуре позиция Другого часто означает его „фундаментальное необладание“ — ситуацию политической маргинализации и дискриминации. И поэтому такому мышлению теоретически всегда будет сопутствовать парадокс виктимизации» (Крувко, Косякова, 2024), в связи с чем особенно интересно проследить, каким образом обстоят дела с этой тенденцией в кино «женского направления» и как в нём изображается состояние уязвимости и незащищённости. При этом важно отметить два следующих тезиса, которых мы придерживаемся в данном исследовании: 1) исследование не опирается на идеи эссенциализма, то есть не приписывает женщине на экране и в целом набор каких-либо качеств; 2) кино, относимому к «женскому» направлению, также не присваиваются никакие априорные качества за исключением тех, что обусловлены историческим процессом развития кинематографа.
Для данного визуального исследования было важно выбрать максимально разнообразный материал для того, чтобы максимально широко и репрезентативно отобразить исследуемый образ, и, поскольку наиболее интенсивно «женское» направление в кино начинает развиваться именно в десятые и двадцатые годы 21-го века, в исследование включены работы режиссёрок этого периода.
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
Исследование поделено на две крупные части. Первая посвящена визуальным нарративам, которые сопровождают ситуации незащищённости, то есть, фактически, визуальному содержанию, вторая — способам изображения этих нарративов, то есть форме. В каждой из этих частей обозначены тенденции, которые были отмечены мной в течение исследования. В качестве текстовых источников в работе использованы аналитические работы, исследующие вопрос о пересечениях фемтеории и кинематографа, а именно — восприятие женских образов на экране, в том числе с точки зрения male gaze (что важно для понимания того, как меняется оптика восприятия героинь на экране), изображение женщин в кинематографе.
«Край надломленной луны» (2022, реж. Наталья Мещанинова)
Моей целью является проверка гипотезы о том, действительно ли существуют определенные тенденции, которые прослеживаются в изображении уязвимых состояний героинь в работах режиссёрок в период 2010-х и 2020-х гг. Мой исследовательский интерес сосредоточен на том, чтобы выделить такие тенденции и проанализировать, меняется ли благодаря ним оптика восприятия героинь на экране, если тот или иной фильм принадлежит авторству женщины-режиссёра и лишён «мужского» взгляда.
Визуальные нарративы
Конституирующая атрибутика
Зачастую в объектив камеры попадает не только сама героиня, но и окружающая её обстановка, её личные вещи (будь это кассеты, на которых записаны песни с довольно грустными названиями или хранимый в тайне и потому такой драгоценный бутылёк с духами), вещи других персонажей, связанных с ней. Эти «молчаливые» свидетели её жизни как бы намекают зрителю на состояние героини, обозначают жизненный этап, на котором она находится.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
Инфантилизация и образы детства
Одним из часто встречающихся тропов в «женском» кино является дуэт двух героинь — матери и дочери, и часто кризис в жизни одной из них раскрывается сквозь призму их отношений. На фоне этого появляется тенденция к переносу каких-либо детских черт на взрослого человека как художественному приёму, который помогает чётче артикулировать то, насколько тяжело ему может быть.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
Однако иногда инфантилизация в кадре может быть использована для того, чтобы подчеркнуть нездоровую атмосферу, царящую в отношениях героинь (частым тропом в этом контексте становятся гиперинфантилизированные отношения между матерью и дочерью).
«Выше неба» (2019, реж. Оксана Карас)
Видения и иллюзии
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
Видения и грёзы, а порой — кошмары наяву и болезненные воспоминания, находящие выход в настоящем, становятся не только способом героинь сбежать из неприглядной и пугающей реальности, но и отражают болезненность их переживаний, показывают, что для них действительно важно и что является их болевой, уязвимой точкой.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
Иллюзия героини на экране часто трансформируется в подобие параллельной реальности, и начинает казаться, что героиня живёт сразу в двух, часто — не по своей воле.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
Нарушение личного пространства
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
Личное пространство становится неким маркером того, кого героиня готова впустить в своё близкое окружение и в какой момент, однако зачастую в предкадровой реальности мы наблюдаем, как в это пространство вторгаются. С одной стороны, мы видим нечто интимное и личное, с другой же стороны такой троп вызывает ощущение дискомфорта, ощущение, что так не должно происходить.
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
Необъективированная телесность
Особенно интересно в фильмах «женского» направления проследить, как в них реализовано изображение обнажённого тела и телесности в целом. Где-то она показана нарочито откровенно и честно, а отношениям героини со своим телом уделяется довольно много внимания на протяжении всей киноленты, как это сделано, например, в «Ничьей» Лены Ланских. Где-то изображение тела становится частью поэтичного и наполненного естественной красотой кадра.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Выше неба» (2019, реж. Оксана Карас)
При этом телесность не становится предметом объективации — у её проявлений на экране всегда есть какой-то контекст, лишенный любования телом ради тела.
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
Медицинские пространства и манипуляции
Особое ощущение дискомфорта вызывают образы, связанные с медицинскими манипуляциями и пространствами. Это пространство, в котором героиня особенно уязвима — не только перед руками врача, но и перед стерильностью и холодностью пространства, в которое она попадает.
«Выше неба» (2019, реж. Оксана Карас)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
Увечья и травмы
Одной из визуальных доминант в изображении уязвимости являются травмы и увечья, оставленные на теле героини — например, шрамы, нанесённые когда-то давно в прошлом, но до сих пор напоминающие о себе.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
При этом интересно, что иногда в кадре возникают образы, которые, хоть и не являются какой-то травмой, но отсылают к ней, как бы указывая на повреждения ментального характера.
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
Часто в кадр попадает и сам процесс травматизации, который может быть выражен как в менее, так и в более агрессивной форме, и часто он происходит со стороны близкого человека, что делает ощущение уязвимости ещё острее.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
Травматизация при этом может перерасти в селф-харм, как в случайный, так и в намеренный. При этом мы видим его не в общих планах — либо мы не видим этой травмы совсем, либо нам показывают её ярко, крупно и очень честно, даже гипербализированно.
«Край надломленной луны» (2022, реж. Наталья Мещанинова)
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
Инструменты оформления нарратива
Отношения с камерой
В операторской работе фильмов «женского» направления прослеживается след постдкоументальности — тенденции, при которой игровое кино заимствует элементы документального кино. В данном случае такими элементами становится ручная трясущаяся камера, которая часто двигается в такт походки героини, как бы показывая эмоциональный накал и честность того, что с ней происходит.
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
«Край надломленной луны» (2022, реж. Наталья Мещанинова)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
На усиление пост-документальности работает субъективная камера, которая помогает нам посмотреть на предкадровую реальность с точки зрения самой героини и погрузиться в её ощущения.
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
Пространство кадра
В фокусе камеры героиня довольно часто оказывается одна, при этом пространство, окружающее её, оказывается настолько широким и поглощающим, что ощущение одиночества и какой-то беспомощности оказывается ещё сильнее, чем могло бы быть.
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
В некоторые моменты камера начинает приближаться к героине. Мы видим её крупнее и ближе, но при этом вокруг неё всё ещё остаётся много пространства — она словно закрыта от нас, погружена в свои переживания.
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)/«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
«Край надломленной луны» (2022, реж. Наталья Мещанинова)
Однако в какой-то момент героиня может повернуться и даже как будто обратиться к нам — во многих фильмах «женского» направления используется приём разрушения четвёртой стены, благодаря которому между зрителем и персонажей устанавливаются более близкие отношения, словно героини обращаются к нам, но при этом их взгляд часто оказывается молчаливым, но не менее красноречивым.
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)/«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)/«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
Но даже там, где героиня, казалось бы, не одна, она может оказаться в оторванном, покинутом состоянии. Этому помогает чётко разделённое пространство кадра, в котором она оказывается явно отделённой от другого персонажа и пространственного окружения.
«Выше неба» (2019, реж. Оксана Карас)/«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
Выводы
Обозначенные выше визуальные доминанты позволяют раскрыть уязвимые состояния персонажей более честно, более остро. Нас как зрителей помещают в условия, когда мы наблюдаем за героинями вместе с авторами кино, которые провожают нас по их миру — мы видим их отчаяние, их боль, следуем за ними в моменты эмоционального раздрая. В этом всём остаётся всё меньше любования и появляется всё больше эмпатии, которая возникает в ответ на, может, не самые комфортные образы и нарративы, но переживается интенсивно и реалистично благодаря визуальной вовлечённости зрителя.
Крувко Т., Косякова В. Капризное отражение: Феминистские идеи на киноэкране. М.: Новое литературное обозрение, 2024. 208 с. (https://books.yandex.ru/reader/KRtJ0dyS?resource=book)
Малви Л. Visual Pleasure and Narrative Cinema // Screen Journal, Oxford Academic Press (https://academic.oup.com/screen/article-abstract/16/3/6/1603296?redirectedFrom=fulltext&login=true#no-access-message)
«Герда» (2021, реж. Наталья Кудряшова)
«Ника» (2022, реж. Василиса Кузьмина)
«Кто-нибудь видел мою девчонку» (2020, реж. Ангелина Никонова)
«Выше неба» (2019, реж. Оксана Карас)
«Край надломленной луны» (2022, реж. Наталья Мещанинова)
«Ничья» (2021, реж. Лена Ланских)
«Разжимая кулаки» (2020, реж. Кира Коваленко)
