3 архитектурные эпохи Московского метро в СССР

• Концепция • Эпоха сталинского ампира (1930-е — 1950-е) • Эпоха хрущёвского минимализма (1950-е — 1970-е) • Эпоха перед развалом СССР (1970-е — 1991) • Заключение • Источники

Но метро Москвы — это не только способ добраться из точки А в точку Б. Это также и уникальный памятник архитектуры, подобных которому нет нигде в мире. Каждая станция — если и не произведение искусства, то, как минимум, индикатор того, в каком состоянии находилась Россия и Советский Союз в определённые периоды своего существования.

Со временем, пока я взрослел, я начал больше обращать внимание на архитектуру подземки, а если быть точнее, то на её неоднородность. Почти все старые станции оформлены роскошно, буквально как музеи, но при этом же я отмечал, что чуть более новые (но всё ещё советские) — наоборот, выглядят крайне аскетично. Мне всегда было интересно, с чем это было связано, поэтому постепенно я начал проникаться данной темой.

Разбирать я собираюсь лишь те станции, которые были построены в промежуток с 1935-й по 1991-й год. Ранее построенных станций, очевидно, ещё не было, а позднее начинается уже история новой России. Анализ современного метро уже выходит за изучаемые нами рамки из-за смены политического режима в стране (а именно коммунистический режим активнее всего повлиял на облик нашего метрополитена).

В качестве источников информации и фотографий я буду брать сайты из сети Интернет, в частности, официальный сайт Московского метрополитена, а также видеоролики с видеохостинга YouTube. Анализировать и сравнивать архитектуру станций буду преимущественно самостоятельно, основываясь на личных наблюдениях и той информации, которую я запоминал в течение своей жизни. Также не побрезгую обращаться к мнениям и других пользователей Сети.

Поскольку станций в московском метро крайне много, я не буду разбирать каждую из них, а, скорее, буду анализировать их собирательный образ, типичный для той или иной эпохи, лишь иногда акцентируя внимание на тех или иных интересных объектах. Это позволит лучше понять основные различия эпох, а также существенно оптимизирует размер моего исследования под установленные рамки.

Идеология ещё молодого Советского Союза подразумевала, что проект метро должен быть лучшим в мире абсолютно по всем аспектам: от красоты до удобства. Метростроителям была поставлена цель не просто организовать на пустом месте новый удобный вид общественного транспорта, а именно что возвести под землёй настоящие дворцы, целые храмы коммунизма.

4 года звучит, вроде бы, и не мало, но стоит лишь мельком глянуть на архитектурное убранство любой из станций, как становится ясно: рабочие совершили настоящий подвиг, достойный бесконечных похвал.

Во времена Сталина, как известно, царила эпоха неоклассицизма и т. н. сталинского ампира, который неоклассицизм в себя включал.

Модернистские течения к тому времени либо уже были угнетены, либо активно угнетались и подвергались критике, поэтому у станций метро не было ни единого шанса на то, чтобы не быть помпезными дворцами, повсеместно украшенными лепниной, мрамором, статуями и скульптурами.

Помпезностью и роскошью станций метро восхищаться можно бесконечно. На потолки были повешены тяжёлые, богато украшенные люстры, а на стенах встречались мозаичные панно как с живописными мотивами, так и с коммунистической пропагандой.

Помимо лепнины, рельефность создавали зачастую подсвечиваемые кессоны, барельефы и прочий декор. Например, на «Маяковской» (которую, к слову, считают одной из самых красивых станций и по сей день) в колонны были встроены хромированные волнистые вставки, придающие станции дополнительный блеск.

«Подземные музеи» выделялись не только своей красотой, но и высокой технологичностью. Например, первые в СССР «подвижные лестницы», ныне называющиеся эскалаторами, появились именно в метро. К тому же, станции располагались достаточно глубоко, чтобы укрывать людей в случае бомбёжек. Впоследствии, уже после окончания Второй мировой войны и при появлении риска глобального ядерного армагеддона, их оборудовали огромными защитными механизмами гермодверей.

Станции первой очереди и сроки, за которые они были возведены, настолько поражают воображение даже сейчас, что вокруг метро активно ходят конспирологические теории. Мол, никто при Сталине его не проектировал: построено оно было ещё в дореволюционные времена для подземной связи между церквями и храмами столицы, так что его просто «откопали» и лишь обустроили для пассажироперевозок пролетариата. Ну невозможно же построить такой сложный технологический объект качественно и красиво всего за 4 года, правда?

Сам Иосиф Виссарионович умер 5-го марта 1953-го года. Ещё пару лет по инерции сохранялась тенденция строительства «с пафосом и размахом», но с приходом Никиты Хрущёва к власти всё изменилось.

Постановление, принятое Хрущёвым, кардинально поменяло облик советского города. В угоду дешевизне и быстроте строительства проекты шикарных сооружений и квартир упразднялись, уступая место французскому опыту возведения панельных зданий. Как нетрудно догадаться, на архитектуру и стиль метрополитена постановление также распространялось.

Любой, кто хотя бы раз в жизни выезжал за пределы Кольцевой (5) линии, безусловно поймёт, о чём идёт речь. Почти на каждой ветке столичной подземки есть по несколько остановок с низкими плоскими потолками и дешёвой кафельной плиткой на стенах. По бокам от центра этих платформ идут частокольные ряды максимально чопорных угловатых колонн. Из-за них такие станции и были прозваны в народе «сороконожками».

По факту, они стали главной подземной приметой, главными маяками наступления хрущёвского периода. Быстро. Дёшево. Уродливо.

Конечно же, глупо говорить, что все эти станции так сильно были непримечательны и похожи друг на друга. Действительно, спускаясь на какую-нибудь «Войковскую», создаётся впечатление, что ты попал не в метро, а в общественный туалет в каком-то забытом богом захолустье. Однако бюджетные «сороконожки» имели в своих рядах и более интересных собратьев.

Взять, к примеру, золотистую «Щукинскую» с интересными барельефами и гофрированными листами металла на путевых стенах…

…«Новоясеневскую», где внимание привлекает зелёная плитка, похожая на днища стеклянных бутылок…

…или же «Ботанический сад», напоминающий своим потолком коробку с ячейками для хранения минералов или насекомых, а также имеющий интересные панно с отчеканенными на них природными сюжетами.

Но на этом интересное не заканчивается. Начинаются эксперименты по созданию ещё более дешёвого наземного метро.

Логика была такой: строить глубокие подземные станции, по большей части, бессмысленно, так как в качестве бомбоубежищ метро навряд ли будет ещё использоваться, а в новые быстрорастущие районы необходимо срочно провести быстрый, вместительный и доступный вид транспорта. К тому же плотный центр города, где глубокое строительство было неизбежным, уже был покрыт сетью станций ещё со времён Сталина. Глубинное же строительство на окраине и в чистом поле казалось бессмыслицей, даже с учётом перспективного возведения многоэтажных районов. Да и, к тому же, борьбу с пафосным сталинизмом никто не отменял.

Эксперимент по наземному строительству произошёл на тогдашнем участке Арбатско-Покровской (3), а ныне — Филёвской (4) линии. Построить дёшево, конечно, вышло, но впоследствии это стало источником множества проблем: от банального неудобства для пассажиров зимой, когда от холода спрятаться просто негде, вплоть до плачевного состояния платформ.

(А летом этого, 2024-го года, вследствие сильных ливней на Филёвской ветке и вовсе приходилось перекрывать движение поездов, так как железная дорога просто-напросто была затоплена. К тому же, бывали случаи и падения деревьев на ж/д полотно.)

Хрущёвская экономия экономной экономики в вопросе с наземным метро породила лишь больше убытков с течением времени.

В 1964-м году Никиту Хрущёва на должности генсекретаря заменил Леонид Брежнев. По аналогии со Сталиным, архитектурный стиль метро по накатанной несколько лет не менялся, но затем начал преображаться. В явно лучшую сторону.

Назвать станции похожими на сталинские, конечно, язык не повернётся: даже по нынешним меркам они выглядят вполне современно. Всё благодаря более прохладным бело-серым оттенкам отделки, простой изящности форм и строгим гротескным шрифтам в названиях станций на путевых стенах.

Больше всего станций подобного вида можно встретить на Калининской (8) и Серпуховско-Тимирязевской (9) линиях — последних линиях, построенных при СССР.

Шли годы. Ветер перемен неуклонно гнал Советский Союз к коллапсу. Развитие метро на фоне масштабного кризиса замедлилось. 1-го марта 1991-го года свои двери распахнула «Дмитровская» — последняя станция, открывшаяся в СССР.

После развала Советского Союза у архитекторов больше не было никаких строгих ограничений по дизайну и проектированию новых станций метрополитена. Особенно хорошо это можно наблюдать по последним открывающимся в Москве новым участкам линий. Впрочем, как говорил один великий классик современности, это уже совсем другая история…

Московское метро формировалось закономерно той атмосфере, в которой пребывал СССР в те или иные годы. Сначала это были имперские замашки Сталина на величие и искусность, затем — стремление Хрущёва эти замашки подавить, заменив их словом «экономия», а под конец — безразличие что к первому, что ко второму.

В любом случае, Московский метрополитен остаётся удивительным памятником не только архитектуры, но и целой страны. Даже в аскетичные периоды он находил, чем удивить, что уж говорить про более тёплые и свободные времена. Теперь нам остаётся наблюдать и анализировать его современное становление, ведь рано или поздно оно также войдёт в историю.

Лирический P. S. : во время написания этого исследования я невольно пришёл к сравнению развития метро с ростом дерева. Ежегодно у растения прибавляется по одному кольцу, благодаря чему мы можем знать его возраст. Здесь то же самое: каждую эпоху (а это примерно по 20 лет) метрополитен обрастает новым кольцом собственной архитектуры и стиля. В современной России уже были 20 лет Лужкова (1990-е — 2010-е), а сейчас идут потенциальные 20 лет Собянина (2010-е — 2030-е). И мы уже чётко можем обрисовать тенденции обеих этих эпох. Интересно, что же будет дальше.