Трансформация идей Сальвадора Дали в коллекциях бренда Schiaparelli

1. Сальвадор Дали: Личность и художественный язык 1.1 Формирование личности и мировоззрения Дали 1.2. Основные периоды творчества Дали
2. От Дали к моде: Эльза Скиапарелли и трансформация образа 2.1 Переосмысление наследия Скиапарелли 2.2 Анатомические и сюрреалистические образы в коллекциях. Изменение образа: от Дали к Розберри

Творчество и бессознательное — вечные спутники, идущие рука об руку по пути создания великих произведений. Бессознательное управляет кистью художника, позволяя создавать шедевры, столетия восхищающие человечество. В свою очередь творчество как зеркало отражает удивительный психический мир творца. Но всё то, что откладывается на подсознании когда-то было там сформировано под влиянием окружающей среды, взаимоотношений, судьбы. В этой главе мы будет говорить про судьбу и жизнь Сальвадора Дали, обратим свое внимание на то, кто повлиял на художника и в какой мере.

Творчество Сальвадора Дали (Сальвадор Доминго Фелипе Хасинто Дали и Доменек, маркиз Дали де Пуболь) — яркий пример проявления в искусстве бессознательного. Сальвадор был одним из самых главных представителей сюрреализма. Его творчество невероятно интересно интерпретировать, искать скрытые смыслы, анализировать, ведь в его картинках так много метафор, загадок, аллюзий и символов. В этой главе мы будет говорить про судьбу и жизнь Сальвадора Дали, обратим свое внимание на то, кто и что повлияло на художника.

В 1938 году Дали лично встретился с Зигмундом Фрейдом в Лондоне. Эта встреча имела для художника огромное значение: Фрейд был для него не только теоретиком психоанализа, но и фигурой интеллектуального авторитета. Мнение Фрейда было чуть ли не самым важным для художника. А когда Дали получал это признание, то такие моменты для него становились величайшими триумфами.

В ранний период своего творчества Дали придерживался установок реализма, старался реалистично подходить к работам, особое внимание уделял деталям. В этот период стиль его работ походил на академический, то есть там много уделено внимания свету и тени, пространственным решениям, цвету. Несмотря на такую «простоту» для личности Дали, в эти картины он уже вкладывал психологические мотивы, символы.

На эту картину художников вдохновили работы импрессионистов, творчество которых он старался переосмыслить. Кадакес не просто маленький рыбацкий городок, а место очень близкое к его родному городу Фигерасу. Тяжелые мазки в технике напоминают нам о традиционных ноктюрнах постимпрессионистов. Картина выполнена в очень приглушенных и холодных тонах, чувствуется отстраненное и молчаливое настроение от этой картины. Ощущение будто Дали созерцал это бесконечное и очень важное для него пространство, наслаждаясь его отстраненной красотой.

В 1925 году Дали пишет «Девушку со спины», а в 1926 — «Спину девушки». Известно, что для этих картины ему позировала Анна Мария. И это тоже добавляет работам более глубокий смысл. В своей автобиографии Дали неоднократно говорит о том, что его сестра — это воплощение чистоты, красоты и женственности. Если рассматривать этот объект с точки зрения психоанализа, то можно сказать, что этот образ читается как инцестуозный и идеализированный объект, который и прекрасен, и в то же время запретен. Даже Фрейд в своих работах говорил, что бессознательное возбуждение в образе женской спины, которая представлена без лица, воспринимается как объект, лишенный какой-либо персонализации.

Период с 1929 по 1934 для Дали был особенным. Он повстречался с Галой Элюар и вступил в общество парижских сюрреалистов. Центральными образами этой картины являются львиные головы. Эти челюсти интерпретируют как символ кострационной тревоги, о чем также и говорил и сам Фрейд. Он описывал это как ощущение страха, возможно, даже ужаса перед женщиной. То есть сексуальное влечение у него ассоциируется не с удовольствием и наслаждением, а наоборот, с тревогой и дичайшим страхом. В таком контексте головы льва — символы страха, которые поглощают и пугают. О картине «Приспосабливаемость желаний» художник говорил так:

Вдохновением для этой картины Дали стал камамбер, который он съел в один из летних ужинов 1931 года в Париже. Ощущение, что Дали вкладывал в эту работу образы сознательное и бессознательное, колебание между бодрствованием и сном. Сам Дали трактовал растекающиеся часы как символ четырехмерного непрерывного пространства. По мнению художника, тело обладает временем, которое зависит от состояния, развития, а не от времени, которое меняется с помощью часов.

Картина стала отражением трудов Фрейда через призму Дали. «Метаморфозы Нарцисса» — самый хороший пример параноидально-критического метода. Видим нарцисса, который постепенно тонет в собственном отражении, который не может оторвать от себя глаз даже в таком состоянии. Нарцисс, растущий из луковицы, как по мне, стал символом прорастания комплекса неполноценности.

В «Американском периоде» с 1938 по 1949 Сальвадор Дали пишет пару шедевров. Этот автопортрет идеально говорит нам об эпатажном образе Дали. Бекон указывает на любовь художника к публичности. Кожа, свисающая на костылях, может нас отсылать к Микеланджело в Сикстинской капелле, где мастер изобразил себя как свисающую кожу, снятую с грешников. Автора больше интересовала кожа, чем внутреннее содержание человека, поэтому можем часто встречать всякие силуэты следов жизни, например перчатки.

В легендарные «атомарная» или «ядерно-мистическая» эпоха с 1945 по 1970 был создан шедевр «Галатея сфер». Гала изображена как множество парящих сфер, которые подчиняются строгому геометрическому порядку и сетке. Её лицо будто еле уловимо в пространстве сфер. Такой эффект будто играет и создает оптическую иллюзию. Метафора, которая заложена в эту картину, что мир как что-то непрерывное, построенное на пустоте и маленьких частичках. Сама Гала предстает не как женщина, а как вселенская формула. Она будто не имеет плоти, а является лишь ритмом, порядком и повторением.

Эльза Скиапарелли и Сальвадор Дали — легендарный и творческий дуэт, который подарил миру огромное наследие на грани моды и искусства. Они оба были яркими личностями с нестандартным, но схожим восприятием мира. Эльза и Сальвадор показали миру новые формы, которые по сей день являются вдохновением.

Сюрреалистические образы, асимметричные формы, игра с телом, нарушение привычной логики и выход за рамки — это всё про творчество Эльзы Скиапарелли, которая сотрудничала с художниками авангарда. Их дуэт показал, что костюм может быть не только предметом одежды, но и продолжением сюрреалистической натуры и образа.

В современной интерпретации идеи сюрреализма перерождаются и адаптируются под современные запросы. Сейчас идеи дома Schiaparelli переосмысляет Даниэль Розберри, которые играют с анатомическими формами, телесными трансформациями, превращая сюрреализм в ничто не похожее.

Дому Schiaparelli мы обязаны многим, ведь именно благодаря ему мы сейчас знаем про застежку-молнию, брюки-юбку, бижутерию и раздельный купальник. Всё то, что тогда было шоком, сейчас является абсолютно нормальным и даже необходимым для жизни.

В 1935-м году Эльза даже летала в СССР на выставку текстиля, представляя на этой выставке Францию. Эльза была под большим впечатлением от Москвы. Во время своего визита она предлагала создать одежду для советских дам, которая сочетает в себе и удобства, и требования коммунистического общества.

Сначала второй мировой войны Эльза так и осталась работать в Париже, создавая свои изделия, но уже адаптированные под то непростое время. Позже она уехала в США, где проводила лекции и занималась благотворительностью.

Уже после войны были попытки восстановить свой модный дом, однако индустрия поменялась, и вверху модного мира уже стал Кристиан Диор. В 1954-м Эльза Скиапарелли полностью закрыла свой модный дом и ушла из мира моды. В 1973-м она умерла в Париже, а в своем завещании попросила себя похоронить в одежде фирменного цвета shocking pink, которые она создала сама.

Но что же сейчас происходит с модным домом? Через 50 лет после закрытия дома Эльзой много кто пришел на роль дизайнера, но меня интересует больше всего Даниел Розберри. Главный пункт в ДНК бренда — адаптированный сюрреализм. Даниел реинкарнирует старые коллекции, как это было с платьем с омаром, платьем из старой коллекции «Бабочки», жакетом из «языческой» коллекции, перчатками с накладными ногтями. Все эти изделия переосмысленны и адаптированы под нынешнее модное коммьюнити.

Дэниел Розберри давал интервью для I-D, где делился, что продолжает заниматься тем, что и происходило в модном доме 70 лет назад: изучение вопроса о том, как должна выглядеть современная женщина. Бренд всегда открыт, несмотря на свою уникальность. Хорошим примером будет последняя коллекция весна-лето 2026. Schiaparelli погрузили нас в внутреннюю кухню бренда, показывали инструменты, мебель, чертежи и выкройки. Костюмы с юбками, подплечники, всё чётко выкроено. Далее были воланы, воротники и спиральные тиснения. Платья были откровенными, но безупречными, конечно, коллекция не смогла быть без отсылок к Эльзе и Дали. Были и прозрачные изделия. Даже исходя только из этой коллекции, можно сказать, что бренд очень контрастный, бодрящий и экстравагантный. Всё, как и было при Эльзе, но еще увереннее.

Благодаря великому сотрудничеству Сальвадора Дали и Эльзы Скиапарелли, теперь мы видим такие же сюрреалистические объекты искусства в модном доме Schiaparelli под руководством Даниэля Розберри. Видение бренда разрушает привычное представление о моде, превращая элементы одежды в пространство для полёта фантазии. Розберри будто смотрит на искусство Дали под призмой эстетики, делая абсолютно странные, абсурдные вещи красивыми. Даниэль продолжает традиции, предоставляет свободу подсознательному.

Начну с самых последних коллекций Schiaparelli. Вот, например, джинсы мне напоминают легендарные расплывающиеся часы Дали. Часы мягкие и текучие — центральный образ, который является символом относительности времени. Еще это возможная отсылка к идеям Гераклита. Дали был еще увлечен теориями относительности Эйнштейна, где время предстает как гибкая величина. А в интерпретации Розберри получается нестандартный предмет одежды.

Schiaparelli каждую коллекцию удивляют сумками и аксессуарами. Их паттерн с различными лицами в изделиях всегда органично вписывается, который всегда приковывает взгляд. Я нашла сходство с картиной Дали «Великий мастурбатор». Автор включил в эту картину множество символов. Кузнечики — главная фобия с детства Дали. Женское лицо — желание и страх сексуального влечения. Муравьи — символ распада и смерти. Центром картины является деформированное лицо, которая чем-то даже походит на самого Дали. Думаю, что здесь про образ внутреннего «Я», погруженного в себя. Мне кажется, что вышло потрясающая интерпретация искусства в одежду.

Мотив шкафчиков у Дали напрямую связан с идеями Фрейда о бессознательном. Тело состоит из множества ящиков, как метафора многослойности. Личность у Дали полна сюрпризов и тайн, внутри этих «шкафчиков» скрыты фантазии, запреты, переживания, влечения. У Schiaparelli аксессуар превращается в живое существо с глазами и лицом и «ящиками» с неизвестным внутри.

Женское тело всегда было предметом восхищения Сальвадора Дали. Оно и пугало, и привлекало его. Обнажённая женщина — Гала. Справа слон несет обелиск. Это символ по теории Фрейда, обозначает фаллос — мужское начало. И все это в концепции сна и бессознательного. А Розберри переосмыслил женское тело и сделал набросок, который очень схож по очертаниям на Дали. Также нравится, как он внедрил искусство в моду через эффект рисунка.

Сферы у Дали — это всегда что-то про атомную физику, идею распада материи, квантовую физику. В его картине человек — это не единое целое, а система отдельных частиц, которые держатся за счёт невидимой силы и составляют единую картину. Я нашла сходство в Schiaparelli. Там тоже одежда не закрывает тело полностью, разрывает силуэт. Ощущение, будто нам показывают человека как набор пустот, которые он сам и заполняет. Получается, мы приходим к такому же выводу, что тело не монолитно, а состоит из множества фрагментов.

Заметила отсылку и к львиным головам. Говорила уже ранее в этой работе про картину, но львиные головы для Дали — страх женской сексуальности, который поглощает. Нравится интерпретация Розберри. Он обращается к образу животных, напоминаю нам о символах первобытного страха. У дизайнера образ хищника будто встраивается внутрь человека, создается ощущение, что голова вылезает из груди.

В ходе исследования стало понятно, что теоретический образ, сформированный исходя из творчества Сальвадора Дали, продолжает активно присутствовать в современном модном пространстве, однако его форма проявления существенно переосмысляет. В живописи сюрреализм функционирует как проявление бессознательного, а в модной индустрии он приобретает телесно-материальное воплощение.

На примере дизайнерских работ было показано, что сюрреалистический образ становится физическим носителем всех тех метафор, которые были заложены изначально. Таким образом, гипотеза исследования подтверждается. Действительно, при переходе из живописи в моду сюрреалистический образ смещается из символики в нечто материальное. Мода не просто цитирует, а перевоплощает и делает бессознательное носимым.