2 Глава. Сон как нравоучение, достигаемое через путешествие в иной мир

Важный аспект советского экранного искусства это функция внушения нравственных ориентиров. Борьба с антисоциальным поведением через его гиперболизацию и нарочитую сатиру стало популярным методом — всем известный журнал «Крокодил» тому пример. В этой главе будет рассматриваться драматургический паттерн исправление главного героя через сказочное путешествие, то есть сон. И столкновение его с объектами собственного невежества через призму гротеска. Первое, что характерно для данного паттерна это непосредственно девиантное поведение или негативные черты характера, которые вредят окружающим. Женя из «Цветика-семицветика» 1948 года невнимательна, рассеяна и в приоритет ставит свои личные развлечения.

Девочка из ленты «Королева зубная щетка» как и маленький герой анимации Ивана Иванова-Вано нерящлива и откровенно не следит за гигиеной. Вовка и Витя Перестукин лодыри, которые робеют от мельчайшей трудности. Безымянный паренек из мультфильма «Нехочуха» 1984 года на любое предложение к полезной деятельности кратко отвечает — «Не хочу!». Из этой плеяды выбивается лишь мальчик из ленты «Шкатулка с секретом», его мотив действий обусловлен интересом. Как можно понять, то внушение норм и правил морали охотнее всего прививается юным зрителям, именно поэтому герои мультфильмов являются детьми.

После демонстрации провинности главного героя происходят непоправимые изменения и нередко появляется персонаж-проводник, который объясняет необходимые условия для удачного и безопасного возвращения на круги своя и собственно рассказывает о предстоящих испытаниях. Иногда предстает и целая группа, как правило по обоим уровням повествования — на стороне реальности и сна. Как например радиоприемник Вити, который озвучивает слабости мальчика и его же учебники, после удара об пол они ведают о предстоящем путешествии. Гротеск это выразительное средство, строящееся на контрастах и несоразмерности — в пропорциях, движении, звуке, логике событий. Он разрушает привычные законы физики и перспективы, создавая особую художественную правду, где эмоциональное важнее реалистического. Лучше всего это раскрывается в мире грез.

Идя по классической для приключений и сказок схеме, герой засыпая и проваливаясь в иной мир не сразу становится на путь истины. Несколько первых этапов преображению проходит неохотно, либо же персонаж постепенно погружается в уклад нового для себя пространства. По маршруту появляются различные персонажи: будь то добродушные мочалка и кусковое мыло, двое из ларца одинаковых с лица мужичка. Их функция — продемонстрировать герою несостоятельность их привычного уклада мысли: непринятие бытовых гигиенических процедур, лень и смирение на неидеальном результате. Далее наступает событие, сигнализирующее о скорейшей необходимости в переменах, разочаровании в собственных ценностях и конечно же незамедлительной попытки ускользнуть из сна.

Герои сталкиваются с собственным невежеством, и если это нечистоплотность, то в пустыню из зубного порошка отнесет именно огромный мыльный пузырь, а там объявится поломанный гребень. Из маминой же спальни вдруг прошаркает суровый рукомойник. В случае глупости придется выживать в мире, где растут деревья из батона и водятся кровожадные коровы, а для возвращения домой придется решать задачи из школьной программы по арифметике. Или следовать инструкциям из пособия по рукоделию и мастерству, помогая сказочным героям. Постоянное вранье приведет в настоящий замок лгунов, где никому нельзя верить на слово. Лень же приведет в удивительною страну, состоящую исключительно из увеселительных аттракционов, кафе и других развлечений. Благодаря волшебному цветку все желания смогут быть исполненными. Музыкальная шкатулка таит в себе целый удивительный мир, полный оживших деталей.

Так к примеру неведомым Великим Нехочухой оказывается повзрослевший мальчик. Мужчина походит скорее на тучного кита, робот-помощник пере классифицировался в настоящий погрузчик, Нехочуха никогда не совершает лишних действий. И вот, заветная фраза «Не хочу!» предстает первым искреннее озвученным желанием мальчишки — он откровенно не хочет становиться таким. И другие герои переживают изменения. Так к примеру неведомым Великим Нехочухой оказывается повзрослевший мальчик. Мужчина походит скорее на тучного кита, робот-помощник пере классифицировался в настоящий погрузчик, Нехочуха никогда не совершает лишних действий. И вот, заветная фраза «Не хочу!» предстает первым искреннее озвученным желанием мальчишки — он откровенно не хочет становиться таким. И другие герои переживают изменения. Вовка берется за пилу и делает корыто для старушки, Женя тратит последний лепесток на благое дело — помогает мальчику Вите снова ходить; Лгунишка оступается, соврав водителю про свой прикид, но исправляется уезжая из замка в кузове трактора; Безымянные девочка и мальчик заводят в привычку иметь опрятный и ухоженный вид; Перестукин же проявляет интерес и старается прилежно выполнять домашнюю работу; И наконец любопытный парнишка починив механизм шкатулки и встретив неведомую испорченную деталь просыпается по приходу отца и делится с ним наблюдениями.

Выход из чудной грёзы же часто визуально повторяет попадание туда. Это может быть полетом, побегом и возвращением утраченного набора привычного функционала — убежавшая мебель из истории про встречу неряхи и Мойдодыра в конце концов возвращается. Также в абсолютном большинстве рассмотренных мультфильмов герои после возвращения из сна в свой мир перенимают полученные знания и вплетают в свой быт, делают выводы о своих ошибках и проступках, исправляются.