Концепция
Контекст
В Средние века крепость и укрепленный замок были прежде всего предназначены для обороны территории, контроля над путями сообщения и сохранности власти и жизни феодального правителя. Их архитектурный облик формировался практическими задачами: толстые тяжелые стенами, башни с бойницами, узкими проёмами, ограниченное количество входов, внутренние дворы, возвышенное положение и четкое разделение территории.
С развитием артиллерии и изменением способов ведения войны средневековая фортификационная архитектура постепенно перестала быть достаточно эффективна, однако её образ не исчез. Массивность, замкнутость, башни и монументальные стены продолжили восприниматься как признаки силы и власти.
В XX веке, особенно в период становления тоталитарных режимов, архитектура стала одним из инструментов пропаганды государственной идеологии и формирования статуса. Монументальные здания и ансамбли должны были создавать впечатление мощи, долговечности, порядка и превосходства страны над отдельным человеком. В этом контексте образ крепости оказался особенно выразительным: он позволял представить государство как неприступную, организованную и контролирующую систему — крепость.
Объект исследования
Средневековая фортификационная архитектура и монументальная архитектура тоталитарных режимов XX века — прежде всего Германии, сталинская архитектура СССР. По большей части рассматриваться будут общественные здания первой половины ХХ века, с несколькими примерами жилой архитектуры и строений из второй половины столетия.
Проблема, исследовательский вопрос
Почему архитектура тоталитарных режимов XX века обращалась к образу средневековой крепости или укрепленного замка, уже не требующейся для выполнения прямой функции — защиты? Как и какие архитектурные элементы стали способом демонстрации силы, власти, контроля и идеологического воздействия?
Гипотеза
В архитектуре тоталитарных режимов XX века образ средневековой крепости был переосмыслен и переработан: элементы, предназначенные для обороны, стали использоваться как символы.
Массивные стены, башни, замкнутые объёмы и монументальные фасады и небольшие или узкие окна уже не защищали здание от нападения, а формировали образ государства как сильной непобедимой и долгосрочной структуры.
Таким образом, произошёл переход от буквальной обороны к символической демонстрации власти.
Структура исследования
Средневековая фортификационная архитектура: крепость и укрепленный замок
Отношение к этой архитектуре в ХХ веке
Образ средневековой крепости (замка) в постройках ХХ века (за исключением изначально военных оборонных башен и противотанковых, например, укреплений)
~ в СССР
~ в Европе
Мемориальные постройки
Выводы о смыслах и метафорах
Важными исследованиями для работы стали книги Алена Брауна «Архитектура замков», В. Паперного «Культура Два» и Х. Лемана-Хаупта «Искусство в условиях диктатуры» с сопоставлением архитектуры.
Визуальный язык крепости
Первостепенная функция крепости или укрепленного замка — защита от врагов. Именно это определило ее типичные формы, объемы, пропорции и материалы.
Основные особенности крепости:
~ Замкнутость и четкие границы
~ Монументальные тяжелые входные группы
~ Инфраструктура внутри
~ Массивность и визуальная тяжесть
~ Глухость фасадов, отсутствие декоративных элементов
~ Узкие маленькие окна, бойницы
~ Башни над более горизонтальными объемами и донжон
~ Геометричность линий и иерархия частей засчет высот и объема
~ Зубцы
~ Грубые или неаккуратные с виду материалы (камень, кирпич)
Эдинбургский замок
Замок Эльц, замок Мальцбург
Донжон — это главная, наиболее укреплённая башня средневекового европейского замка, служившая последним рубежом обороны, жилищем сеньора и хранилищем припасов и оружия. Чаще всего она была выше основного строения и выделялась визуально.
Основные причины исчезновения укрепленных замков и типичных для средневековья крепостей:
1. Развитие артиллерии: Высокие и относительно тонкие стены были рассчитаны на защиту от пехоты или таранов, однако с появлением продвинутых осадных орудий и пушек (около XVв) стали неэффективны.
2. Централизация власти: фактор более характерный для Европы. В период раздробленности каждый феодал защищал свои владения самостоятельно. После образования единого государства король взял на себя эту функцию. Монархи перестали выдавать разрешения на строительство укреплений (в Англии — licences to crenellate), а старые непокорные замки нередко намеренно разрушали или лишали оборонительных элементов.
3. Нерациональность содержания: поддержание крупных сложных объектов в надлежащем состоянии требовало немалых затрат, которые не стоили того в условиях мира или развития оружия.
Укрепленный замок и крепость стали неактуальны, потому что исчез породивший их феодализм. Артиллерия и изменения в формах ведения войны ускорили процесс, который был неизбежен по мере становления централизованных государств с единой властью.
Отношение к крепостям и замкам в ХХв
Одной из главных категорий романтизма является патриотизм — восхищение собственной культурой и возвращение к прошлому. Это характерно для Европы XVIII–XX вв., что отражает пример Германии, в которой находится долина реки Рейн, где в эпоху Средневековья возводилось большое количество замков. Несмотря на их жизненно важную роль в политике и экономике, к началу Нового времени они полностью утратили своё практическое значение. Сейчас почти все пребывают в руинах, однако именно в конце XVIII века, с началом эпохи романтизма, в обществе возродился интерес к ним, развивающийся вместе с интересом ко всему античному и до ХХ века, что в итоге привело к возможности качественного сохранения уникальных памятников архитектуры.
В различных странах Европы, прежде всего, во Франции и Англии, замки и крепости средневековья символизировали возрождение интереса к родной культуре, национальную гордость за прошлое. Однако именно в Германии в силу политической и социальной обстановки, разрушенный средневековый замок стал символом объединения еще не получившей желаемых силы и влияния развивающейся страны. В XIX-ХХв их использовали не в качестве оборонительных мест, а как личные резиденции, объекты восхищения и патриотической гордости и памятники для изучения старины. К ХХ веку количество личных резиденций сократилось, но старые фортификационные постройки сохранили свою позицию в качестве важного культурного явления и стали больше использоваться как образовательные и подготовительные центры.
В мирное время крепости и укрепленные замки, покинутые их владельцами и утратившими изначальное назначение стали приспосабливать для получения прибыли или хотя бы окупания их реставрации и содержания.
Большинство крупных замков стали в историческими музеями, архивами, библиотеками и площадками для общественных мероприятий.
В Восточной Европе и СССР замки и дворцы также часто приспосабливали под санатории, школы-интернаты, больницы или лагеря.
Некоторые оборонительные сооружения стали и остаются по сей день съемочными площадками или местами для фотосессий.
замок Шамбор, план
Традиционные части замка приспособляются, по мере возможности, для другого назначения: в замке Шомон внутри круглых башен находятся более или менее удачно вписанные квадратные помещения; в замке Шамбор (XVIв) башни служат кабинетами или лестничными клетками; машикули превратились в глухую аркатуру. Это совершенно свободные декоративные варианты на мотивы старинной крепостной архитектуры.
Вевельсбург, Вестфалия
Первые укрепления на этом месте появились еще в 1123 году, в XVII веке замок служил второй резиденцией и охотничьим домиком князей-епископов Падерборна. Во время Тридцатилетней войны он сильно пострадал, а в 1815 году его северная башня выгорела после удара молнии.
В 1934–1945 рейхсфюрер сс Г. Гиммлер арендовал замок для создания школы идеологической подготовки офицеров и оккультно-символического центра.
В данном случае выбор места был обусловлен также и стратегией Германии по продвижению патриотизма за счет уважения к своей истории и восхищения ей. Образ крепости или укрепленного замка стал символизировать былую оборонительную способность феодалов, а значит — силу.
Альберт Шпеер — ведущий архитектор Германии — выдвинул теорию ценности руин. Согласно этой архитектурной концепции, описанной Альбертом Шпеером в мемуарах 1969 года, здания проектировались так, чтобы спустя столетия или тысячелетия без ухода оставаться эстетичными руинами наподобие античных памятников. Достаточно логично, что приемы и формы для воплощения этой идеи он подсмотрел не только в античности, но и в руинах замков, приличное время бывших заброшенными, на территории Германии.
Образ крепости в ХХ веке
примечание: ниже я не буду рассматривать исключительно военные оборонительные постройки, например зенитные башни или линии обороны, так как их вид и форма по большей части обусловлены не глубинными смыслами или метафорами, а исключительно практичностью и удобством.
В первой половине XX века (особенно в тоталитарной и монументальной архитектуре 1930–1950-х годов) элементы крепостного зодчества — башни, зубцы, тяжелые рустованные цоколи, мощные стены — использовались для трансляции идеи силы государства, неприступности и преемственности с имперским прошлым (советский ампир, стилистика административных зданий)
Основой конструктивизма стало тесное слияние формы, функции и идеологии, а новая эстетика была неразрывно связана с развитием техники и промышленности. По словам архитектора М. Гинзбурга, машина есть «новый элемент нашего быта, психологии и эстетики»
Он связывал развитие конструктивизма с формированием рабочего класса — именно на основе его потребностей должны были появляться новые типы зданий.
Однако это не помешало форме некоторых конструктивистских зданий заимствовать у крепостей. Прежде всего это проявлялось в иерархиях объемов и масштабов. Именно силуэты таких зданий напоминали оборонительные стены или башни.
Дом Государственной промышленности, Харьков, Украина. 1925–1928. Архитектор Сергей Серафимов











