Искусство, вписанное в повседневность
Только представьте — вырасти в таком городке, где каждое общественное здание является работой выдающегося архитектора своего времени. Провести школьные годы за серыми монолитами бруталистского шедевра Элиота Нойеса. Затем поступить в университет, кампус которого состоит практически из одних только стеклянных построек. И время от времени посещать церковь, которая по форме больше напоминает гигантский шатер.
Southside Junior High School (сейчас — Southside Elementary), 1969, архитектор Элиот Нойес
Библиотеки, банки и даже местный супермаркет — всё это работы известных архитекторов. А если ваш дом когда-нибудь загорится, пожарные приедут прямиком из здания, спроектированного лауреатом Притцкеровской премии — Робертом Вентури. Даже если вы окажетесь в тюрьме, она будет незаурядным примером постмодернистской архитектуры! Провести же последние дни своей жизни вы сможете в больнице, вдохновленной стилем Фрэнка Ллойда Райта…
Пожарная станция № 4, 1968, архитектор Роберт Вентури
Таким городком является Колумбус, расположенный в североамериканском штате Индиана. Слово город игнорируется не случайно, ведь население Колумбуса по данным на 2026 год составляет всего 52 707 человек.
Зеленое очарование глубинки невероятным образом рифмуется с архитектурными шедеврами второй половины прошлого столетия. Настолько, что даже кинематограф успел романтизировать его обаяние. Так, в 2017 году Когонада снял одноименный фильм в линклейтеровских традициях, где камера с невероятным трепетом передала всю прелесть Колумбуса.
Как же так вышло, что провинциальный городок в США превратился в своеобразный музей модернизма под открытым небом? И как, несмотря на множество зданий, созданных архитекторами разных поколений и направлений модернизма, городское пространство не превращается в визуальный хаос, сохраняя архитектурную целостность?
Columbus, режиссёр Когонада, 2017 в кадре — Observation Tower, Mill Race Park, Michael Van Valkenburgh Associates, 1993
Сначала была церковь
Колумбус был основан в 1820 году. Изначально городок никак не отличался архитектурой от себе подобных, сочетая в себе традиции викторианской и характерной американской провинциальной застройки.
Так, одним из самых значимых зданий до проникновения модернизма в город, был окружной суд, построенный в 1874 году под руководством архитектора Айзека Ходжсона.
Многие здания викторианской эпохи в центре города сохранились до сих пор и сегодня сосуществуют с модернистской архитектурой, формируя эклектичную городскую среду. Особенно примечательна этим Washington Street — главная историческая улица Колумбуса, где викторианская коммерческая застройка XIX века с кирпичными фасадами и вертикальным ритмом конструкций соседствует с более поздними модернистскими постройками и реконструкциями второй половины XX века.
слева — Washington Street (former Irwin Bank) framed by the Commons-Courthouse Center, справа — view from Bartholomew County Courthouse Tower, фотограф Бальтазар Кораб, 1975 год
Толчком, озаглавившим новую эпоху в истории города стало освящения Первой христианской церкви в 1942 году.
На роль архитекторов рассматривались две значимые для своего времени фигуры — Элиэль Сааринен и Фрэнк Ллойд Райт. И, как показала история, выбор в пользу Сааринена определил весь дальнейший путь Колумбуса. Ведь когда два других небольших городка, Бартоусвилл в Оклахоме и Расин в Висконсине, выбрали Райта — он закрепился там как постоянный архитектор, получив почти монопольное присутствие благодаря долгосрочным заказам.
Колумбус же пошел в сторону разнообразия. Элиэль Сааринен не стремился к какой-то доминанте своего авторского замысла, напротив — он работал над проектом в тесном сотрудничестве со своей семьей, поощряя их идеи. Его жена Лоя соткала гобелен «Нагорная проповедь» в духе ар-деко, в то время как пионеры модерна — сын Элиэля Ээро и Чарльз Имз — разрабатывали такие детали, как светильники, перила, перегородки и мебель.
Элиэль Сааринен мастерски адаптировал все старания своих соратников: подобные стилистические расхождения никак не умалили характер получившегося здания.
First Christian Church, 1942, архитектор Элиэль Сааринен
Прошло десять лет после освящения церкви, миновала вторая мировая и уже новое поколение взяло дело в свои руки. В начале 1950-х Дж. Ирвин Миллер, председатель совета директоров банка Irwin Union, поручил Ээро, сыну Элиэля Сааринена, построить новое здание для своего семейного банка. На что Ээро представил проект, который, возможно, стал первым банком в стране со стеклянными стенами и открытой планировкой.
Irwin Union Bank and Trust, 1954–1955, архитектор Ээро Сааринен
Он проектировал это здание в тот же период, когда элегантные стальные и стеклянные конструкции Людвига Мис ван дер Роэ начинали воплощать в реальность идеи Баухауса. Работы Миса в Чикаго произвели очень сильное впечатление на Ээро, что существенно отразилось на его стиле. Он любил скульптурную форму и всегда добавлял в неё что-то своё. Так, серия светорассеивающих куполов в банке смягчила баухаусовский характер здания.
Irwin Union Bank and Trust, 1954–1955, архитектор Ээро Сааринен
Вскоре после того, как банк начал свою работу, в городе возникла потребность в новых школах, и это дало возможность продолжить курс по внедрению качественной архитектуры в общественную среду.
Дж. Ирвин Миллер создал систему, которая привлекала лучших архитекторов страны для строительства в Колумбусе. Был сформирован комитет из двух независимых и авторитетных архитекторов, который составлял список из шести возможных кандидатов. Эти списки пересматривались для каждого нового здания, чтобы ни один архитектор не получил более одного заказа. (Правда, в реальности это правило не всегда соблюдалось)
Фонд Cummins Engine оплачивал гонорар архитектора. После этого архитектор работал исключительно напрямую с заказчиком, без каких-либо обязательств перед спонсором.
Дж. Ирвин Миллер (по центру) с Гарри Уизом (справа), 1961
Школа Lillian C. Schmitt Elementary, спроектированная Гарри Уизом и открытая в 1957 году, стала первым проектом этой серии и доказала, что идея работает. После этого, по той же схеме, началось строительство других школ.
Lillian C. Schmitt Elementary School, 1957, архитектор Гарри Уиз
Сам Миллер и в частной жизнь был очень расположен к качественному современному дизайну. Так, Ээро Сааринен построил для него великолепный дом в Колумбусе, а также дачу в Канаде. Миллер никогда не проявлял излишнего вмешательства в строительства зданий, финансируемых Cummins.
Его опыт в архитектуре, рассудительность и убеждённость в том, что качество экономически оправдано, сделали его одним из самых желанных заказчиков. Он глубоко чувствовал связь со своим родным городом и с его жителями. Поэтому Миллер всегда четко и ясно формулировал свои требования, так что архитекторы сразу уясняли свою задачу.
Запустив амбициозную программу строительства общественных зданий, он спокойно отошёл в сторону и наблюдал, что из этого получится.
дом Миллеров в 1960-е, архитектор Ээро Сааринен, 1953
Как-то фотограф Бальтазар Кораб задал Миллеру вопрос: «Почему человек с высокими идеалами, достойным образованием, квалификацией и возможностями не должен сам инициировать действия по улучшению города? Почему он не может разработать план и затем реализовать его?» Кораб привёл в пример опыт Медичи во Флоренции, чтобы подчеркнуть масштаб возможных преобразований. На что Миллер ответил коротко и ясно, решительно выступив в защиту демократии:
Улучшения должны исходить изнутри, а не навязываться сверху.
Он искренне верил в образование и в то, что система может постепенно исправить себя сама. Для него важнее был сам процесс, чем конечный результат. Архитектуру он воспринимал как часть этого образовательного процесса. Он считал, что для этого нужны время, доверие и терпение.
Дальше — больше
Последним проектом Сааринена в Колумбусе, чья семья значительным образом определила будущее города, стала Северная христианская церковь. Он получил заказ на неё в 1959 году. Работая над проектом, Ээро писал, что хочет создать великое здание «…чтобы, как архитектор, когда я предстану перед Святым Петром, я мог сказать, что среди всего построенного мной за жизнь одним из лучших была эта маленькая церковь…».
Как трагично: увидеть завершение строительства ему так и не удалось. Его блестящая карьера оборвалась внезапно — Ээро Сааринен умер в 1961 году, через десять дней после своего 51-летия.
Строительство Северной христианской церкви, Колумбус, Индиана — архитектор Ээро Сааринен, 1959–1964 (завершена после его смерти в 1961 году)
Ээро Сааринен, как и его отец, руководствовался адаптивным методом архитектурного мышления. В котором архитектура возникает как ответ на место, задачу и человека, что обеспечивает его работам внутреннюю цельность при формальном разнообразии.
При этом он понимал архитектуру как результат слияния разных дисциплин и ремёсел, где исторический и контекстуальный подход был естественной частью проектирования.
Северная христианская церковь, Колумбус, Индиана, 1959–1964 — архитектор Ээро Сааринен
Впоследствии этими принципами руководствовались и другие архитекторы, приглашенные в город. Так, Сааринены задали курс развития архитектурной среды, которому Колумбус следует до сих пор.
Северная христианская церковь, Колумбус, Индиана, 1959–1964 — архитектор Ээро Сааринен кадр из фильма Columbus, режиссёр Когонада, 2017
В этом ряду школа Lincoln Elementary, спроектированная Гуннаром Биркертом, которая обозначила новый вектор развития городской среды в 1967 году. Это продуманное решение задачи плотного городского участка учитывало как практические требования, так и эстетические аспекты места и до сих пор остаётся одним из лучших зданий Колумбуса.
Lincoln Elementary School, 1967, архитектор Гуннар Биркерт
То же можно сказать и о библиотеке Cleo Rogers Memorial Library (Bartholomew County Public Library), спроектированной И. М. Пеем, расположенной всего в одном квартале от школы.
Cleo Rogers Memorial Library (Bartholomew County Public Library), архитектор И. М. Пей, 1969
Здесь она вступает во вневременной диалог со своими соседями — Первой Христианской Церковью и зданиями XIX века.
Cleo Rogers Memorial Library (Bartholomew County Public Library), архитектор И. М. Пей, 1969
Библиотека и скульптура Генри Мура «Large Arch» формируют из себя очень гармоничное городское пространство. Тут же наблюдается и структурная роль красного кирпича, который сшивает пространство с историческим кварталом и церковью через дорогу.
В этом смысле он выполняет роль универсального посредника между эпохами, объединяя здания в один ансамбль.
Генри Мур, «Large Arch», 1971 — и Первая Христианская Церковь, 1942, архитектор Элиэль Сааринен кадр из фильма Columbus, режиссёр Когонада, 2017
Восточная сторона Вашингтон-стрит изначально имела более благоприятные условия. Близость особняка Ирвинов и их садов, а позже и Первая Христианская Церковь сформировали здесь качественную жилую среду. Большинство жителей этого района так и не поддались соблазну переезда в пригороды. Тем не менее с другими районами ситуация была более плачевной.
Поэтому в конце 1970-х годов, на фоне общенациональных процессов оттока торговли в пригороды, городские власти совместно с консалтинговой группой SOM предложили создать новое общественное ядро на месте двух кварталов рядом с историческим центром.
Так, в 1979 году было начато строительство нового здания городской администрации.
Columbus City Hall, архитектор Эдвард Чарльз Бассетт, 1981
Здание было спроектировано Эдвардом Чарльзом Бассеттом из бюро Skidmore, Owings & Merrill (SOM) — одним из ключевых американских архитектурных офисов второй половины XX века, активно работавшим с модернистской городской архитектурой и крупными общественными проектами.
Columbus City Hall, архитектор Эдвард Чарльз Бассетт, 1981
Городская администрация расположена рядом с неоклассическим зданием окружного суда XIX века: строгая геометрия, кирпичная кладка и стеклянные плоскости формируют современный ответ историческому масштабу и симметрии, продолжая принципы «контекстного модернизма», характерные для Колумбуса.
Columbus City Hall, архитектор Эдвард Чарльз Бассетт, 1981
Также был спроектирован торгово-общественный комплекс The Commons за авторством архитектора Сезара Пелли.
The Commons, архитектор Сезар Пелли, 1981
Завершённый в 1981 году, комплекс стал не столько классическим торговым центром, сколько гибридом городской площади и крытого интерьера, где центральным элементом выступила кинетическая скульптура Жана Тэнгли «Chaos I».
Жан Тэнгли «Chaos I»
Когда в 1980-х годах компания Cummins, Inc. строила свою штаб-квартиру в центре города, она выбрала участок, на котором находилось 150-летнее промышленное здание. Когда-то оно стояло посреди захламленного двора, заваленного брёвнами, складами с разбитыми окнами и редкой, отчаянно пробивающейся растительностью. Всё это существовало на фоне переулков Вашингтон-стрит — загромождённых столбами и проводами. Вместо сноса старую кирпичную постройку интегрировали в композицию нового комплекса.
Cerealine Building (в составе штаб-квартиры Cummins), архитекторы Кевин Рош и Джон Динкелу, 1980–1984
И здесь снова видно, что процесс — то, как всё это возникло, — был не менее важен, чем результат. Разные точки давления, меняющиеся потребности горожан, частные интересы и государственные структуры работали на город на протяжении целого века.
В результате возникла среда, напоминающая гармоничный европейский город, сформированный задолго до промышленной революции. Что удивительно для нашего времени, когда мы привыкли к мгновенным решениям: жилым коплексам и торговым центрам, которые вырастают тут и там, едва поспевая за потребительским спросом.
Связующая сила ландшафта
вид на The Robert Stewart Bridge, архитектор Дж. Мюллер
Ещё одним инструментом, собирающим городское полотно воедино является ландшафт города.
В отличие от плотной городской застройки крупных мегаполисов, здесь речь идёт о провинциальном городе с относительно свободной планировкой и значительными запасами пространства, что позволяет использовать открытые территории как полноценный архитектурный материал.
вид с Irwin Gardens, Columbus, Indiana — первоначальная усадьба семьи Ирвин (1864), с последующими преобразованиями начала XX века; современная интеграция в городскую среду — Дэн Кайли
Газоны, деревья, кустарники, водные поверхности и пешеходные маршруты смягчают грубые переходы между кирпичом, стеклом и бетоном
Columbus Regional Health — Mental Health Services (Quinco Consulting Center), архитектор Джеймс Стюарт Полшек, 1972
Такая «разреженность» в пространстве дала возможность работать с ландшафтом как с системой: здесь есть где развернуть композицию, выстроить перспективу, создать промежуточные зоны и визуальные паузы между зданиями.
Ландшафтный архитектор Дэн Кайли использовал это преимущество, формируя не отдельные парки, а связную структуру озеленения, которая соединяет общественные здания, улицы и площади в единый ансамбль. Его посадки задают оси движения, подчеркивают ключевые архитектурные акценты и одновременно смягчают стилистические различия между объектами.
Mill Race Park, ландшафтный парк с реконструированным крытым мостом и системой водоёмов, ландшафтная концепция — Майкл ван Валькенбург
В результате ландшафт становится не просто дополнением, а одним из главных инструментов «сшивания» городской среды, превращая разнородную архитектуру Колумбуса в целостную и воспринимаемую как единое пространство городскую композицию.
Туризм
Некоторые значимые примеры проектов городской реконструкции — такие как гавань Балтимора или Quincy Market в Бостоне — могут считаться безусловно успешными, но в сравнении с ненавязчивым естественным ростом Колумбуса они переживают кризис идентичности, оказываясь где-то между колониальным Уильямсбургом и Диснейлендом
Они также поддерживают высокоинтенсивную, круглогодичную индустрию развлечений и туризма, которая зачастую в итоге «выгорает» — как это произошло в менее удачных проектах вроде Old Town в Чикаго или Gaslight District в Сент-Луисе.
Здесь, в Колумбусе, туристы никогда не нарушат естественный ритм города. Здесь находится время для всего: празднования Первого мая, для больших концертов на площади у библиотеки, для любования осенними красками и весенним цветением кизила. Кажется, даже никакое громкое звание «мекки модернизма» никак не способно подорвать размеренную жизнь городка.
Заключение
Более полувека выдающиеся архитекторы своего времени формировали образ Колумбуса. Они развивали собственные, во многом свободные и не ограниченные единым каноном архитектурные языки и одновременно участвовали в масштабном совместном проекте, основанном на горизонтальном диалоге между заказчиками, жителями города, уже сформировавшейся городской средой и самими архитекторами.
Так, под непритязательным надзором Дж. Ирвина Миллера была создана самосовершенствующая система, которая позволила развиться не только городской архитектуре, но и всему городскому сообществу.
Именно в этом постепенном развитии становится возможным редкое равновесие: город сохраняет узнаваемость и одновременно продолжает меняться.
Колумбус показывает, что устойчивость городской среды рождается не из грандиозного большого плана, а из терпеливого совместного труда. И в этом смысле он существует не как завершённый объект, а как процесс, в котором время становится движимой силой архитектурного развития.
Korab, B. Columbus, Indiana: An American Landmark. — New York: Princeton Architectural Press, 1994
Korab, B. A Look at Architecture: Columbus, Indiana. — Columbus, Indiana: Columbus Area Visitors Center, 1977
Columbus, реж. Когонада, 2017
