Как фотография XX–XXI веков помогает увидеть красоту в возрастных изменениях и в каких случаях такое изображение становится художественным?
Рубрикатор
— Концепция — Глава I. Лицо за пределами идеала — Глава II. Красота без совершенства — Глава III. Старение и художественное изображение времени — Глава IV. Тело за пределами идеала — Глава V. Кто определяет красоту? — Глава VI. Воображаемая старость — Заключение
Концепция
Что делает лицо красивым: соответствие идеалу или его неповторимые особенности? В фотографии возраст часто старались скрыть с помощью ретуши и постановки. Но некоторые фотографы, наоборот, показывают морщины, седину и изменения внешности как часть человеческого опыта.Исследование опирается на идеи Иммануила Канта о прекрасном и совершенном. Кант различал эстетическое удовольствие и соответствие заданному идеалу, но считал человеческую красоту особым случаем, связанным с представлением о том, каким должен быть человек. Это противоречие помогает понять, почему внешность часто оценивают по стандартам молодости и совершенства
В основе исследования лежат идеи Иммануила Канта из «Критики способности суждения» (1790). Кант подчёркивает, что красота не сводится к совершенству или соответствию заданному образцу (§ 15). Однако человеческую внешность мы часто оцениваем через представление о том, каким должен быть человек (§ 16). При этом одних правильных пропорций недостаточно: идеал человеческой красоты связан и с выражением нравственных идей (§ 17). Для исследования также особенно важен § 48, где Кант различает красоту самого предмета и красоту его художественного изображения. Это помогает отдельно рассматривать внешность человека и выразительность его портрета
Речь не о том, что старение всегда прекрасно, а о том, как фотография делает его эстетически выразительным
Цель исследования — выявить, какими визуальными средствами фотографы представляют стареющее лицо и тело и как эти решения могут быть интерпретированы через кантовские категории красоты, совершенства, идеала и художественного представления.
Глава I. Лицо за пределами идеала: от нормы к индивидуальности
Кант рассматривает эстетическую идею нормы как обобщённый образ, возникающий благодаря сопоставлению множества представителей одного вида. Но соответствие этой норме ещё не означает, что человек красив или выразителен. Лицо с правильными чертами может казаться обычным, если в нём нет индивидуальных особенностейОтсюда возникает вопрос: могут ли именно особенности, отличающие человека от других, сделать его портрет художественно выразительным?
Август Зандер. «Bäuerin aus dem Westerwald» («Крестьянка из Вестервальда»), 1912. Источник: The Walther Collection
Август Зандер изображает пожилую женщину в тёмной одежде. Свет позволяет рассмотреть её морщины и выражение глаз, а одежда, поза и обстановка многое говорят о её социальной среде. При этом фотограф не подчёркивает возраст ради сильного впечатления: женщина предстаёт не просто пожилой, а конкретным человеком со своей историей и положением в обществе. Возрастные особенности здесь только одна часть портрета, вместе с другими чертами индивидуальности: мимика, глубина глаз. Это можно связать с идеями Канта: человека невозможно свести к усреднённому представлению о внешности, ведь каждый обладает собственными особенностями
«Королева Елизавета, королева-мать». Victoria and Albert Museum
В портрете королевы-матери Елизаветы 1970 года Сесил Битон создаёт образ, отличный от документальных портретов Августа Зандера. Королева сидит в роскошном кресле; светлое платье, жемчужное ожерелье и богатый интерьер подчёркивают её элегантность и высокий статус. Битон тщательно выстраивает композицию: одежда, свет и обстановка работают вместе, создавая идеализированный образ. Возрастные черты и седые волосы остаются заметными, но становятся частью образа достоинства и королевской элегантности. Однако они включены в образ королевской элегантности, где важнейшую роль играют гармония и тщательно организованная визуальная среда.Таким образом, фотография не столько стремится документировать особенности старения, сколько представляет пожилую женщину через идеализированный образ публичной личности.


Беренис Эббот. «Eugène Atget», 1927. Metropolitan Museum of Art / «Королева Елизавета, королева-мать». Victoria and Albert Museum
В противопоставлении фотографий Августа Зандера и Сесила Битона показывает, что стареющего человека можно представить по-разному. Зандер делает акцент на индивидуальности модели, а Битон создаёт более постановочный образ, используя костюм, цвет, интерьер и композицию, чтобы подчеркнуть элегантность и высокий статус королевы-матери. При этом портрет Зандера нельзя назвать полностью объективным, а фотографию Битона просто искусственной, оба фотографа выбирают, как показать человека.Это сравнение можно связать с идеями Канта из «Критики способности суждения». Кант утверждал, что красота не сводится к совершенству или соответствию заданной норме, и различал красоту самого человека и красоту его изображения в искусстве. Поэтому ценность этих портретов не определяется соответствием моделей идеалу молодости. У Зандера выразительность возникает благодаря вниманию к особенностям лица, у Битона — благодаря тщательно выстроенному образу. Оба подхода показывают, что старение может стать частью художественной красоты, а не препятствием для неё.
Глава II. Красота без совершенства: возраст, характер и художественный образ
В первой главе было показано, что художественное изображение стареющего человека может опираться на разные эстетические установки: сохранять индивидуальные возрастные особенности или включать их в идеализированный образ. Теперь возникает вопрос: каким образом фотография преобразует человеческую внешность в художественно выразительный образ? В § 43 «Критики способности суждения» Кант рассматривает искусство как результат сознательной человеческой деятельности. В § 48 он различает красоту изображаемого предмета и красоту его художественного представления. Поэтому при анализе портрета важно учитывать не только внешность модели, но и то, какими средствами автор организует её изображение. Это различие можно проследить на примере портретов Уинстона Черчилля, созданного Юсуфом Каршем, и писательницы Колетт, сфотографированной Ирвингом Пенном.
Юсуф Карш. «Winston Churchill» («Уинстон Черчилль»), 1941. Источник: архив Юсуфа Карша
В портрете Уинстона Черчилля (1941) Юсуф Карш создаёт строгий и монументальный образ. Его выразительность складывается из взаимодействия освещения, позы и мимики. Контрастный свет подчёркивает объём лица, форму лба и напряжённый взгляд. Тёмный костюм зрительно объединяет фигуру, а положение рук усиливает впечатление устойчивости и решительности. Важную роль играет отсутствие улыбки: суровое выражение лица поддерживает образ политического авторитета. Однако выразительность фотографии не сводится к мимике модели. Она возникает благодаря композиционному решению — направлению света, положению фигуры и соотношению светлых и тёмных участков. Различение, предложенное Кантом в § 48, позволяет рассматривать монументальность не как естественное свойство внешности Черчилля, а как эффект художественного представления. Фотография не просто фиксирует облик человека, но и формирует его выразительный публичный образ.
Ирвинг Пенн. «Colette, Paris» («Колетт, Париж»), 1951. Источник: Christie’s
А в портрете «Колетт, Париж» (1951) Ирвинг Пенн выбирает другой подход. Крупный план, положение руки, волосы и фактура кожи направляют внимание на индивидуальные особенности писательницы. В отличие от монументального портрета Карша, здесь выразительность строится на тонком взаимодействии формы, света и индивидуальных особенностей модели. Положение руки направляет внимание к лицу, а волосы, складки одежды и фактура кожи образуют сложную систему визуальных акцентов. При этом фотография не ограничивается передачей внешнего сходства. Пенн организует изображение так, что каждая деталь участвует в создании целостного художественного образа. В § 45 Кант рассматривает изящное искусство как результат сознательного творчества, которое при этом воспринимается свободным от видимого принуждения правилами. Эта мысль помогает понять кажущуюся непосредственность портрета Пенна: впечатление естественности создаётся посредством тщательно выбранных ракурса, освещения и композиции. Различение красоты предмета и красоты его художественного представления, проведённое в § 48, позволяет отделить индивидуальные черты модели от эстетической организации произведения.


Юсуф Карш. «Winston Churchill» («Уинстон Черчилль»), 1941. Источник: архив Юсуфа Карша / Ирвинг Пенн. «Colette, Paris» («Колетт, Париж»), 1951. Источник: Christie’s
Оба фотографа не скрывают возраст своих моделей, но придают ему разное значение. Кант различал красоту самого предмета и красоту его художественного изображения. Это различие видно в портретах Карша и Пенна: фотографы не просто показывают внешность моделей, а по-разному организуют её. Карш использует контрастный свет, строгую позу и тёмный костюм, чтобы представить Черчилля как властного и решительного человека. Пенн строит портрет Колетт на крупном кадрировании, положении руки и фактуре лица и волос, подчёркивая индивидуальность модели. Следовательно, в обоих случаях выразительность создаётся не только внешностью человека, но и выбранными фотографом средствами. Именно художественное представление, о котором пишет Кант, превращает портретируемого человека в определённый образ.
Глава III. Старение и художественное изображение времени
В предыдущей главе было показано, что художественная выразительность портрета во многом зависит от того, как автор организует изображение. Фотография, однако, может не только создавать образ человека, но и показывать его изменения с течением времени. Рассмотрим, как серия фотографий позволяет представить старение не как отдельное состояние внешности, а как процесс, разворачивающийся на протяжении жизни. Для анализа обратимся к работам Ричарда Аведона и Николаса Никсона.
3.1. Ричард Аведон:
старение и конечность жизниРичард Аведон. «Jacob Israel Avedon, Sarasota, Florida», портрет отца из серии 1969–1973 годов. The Jewish Museum
В 1969–1973 годах Ричард Аведон создал серию портретов своего отца, Якоба Израэля Аведона, который в последние годы жизни тяжело болел. Светлый фон, крупный план и отсутствие деталей окружающей обстановки сосредотачивают внимание на лице и взгляде героя.


Ричард Аведон. «Jacob Israel Avedon, Sarasota, Florida», 19 декабря 1972. MFA Houston




