Визуальное исследование посвящено явлению гиперобъектов — широко распространенных в пространстве и времени объектах, и тому, как их осмысляет современное искусство.
Понятие предложено философом Тимоти Мортоном, и включает в себя такие глобальные сущности, как глобальное потепление, биосфера, Земля, весь пластик на планете и так далее.
Мортон выделяет пять признаков гиперобъекта: 1. Вязкость (невозможность выбраться из гиперобъекта) 2. Нелокальность (отсутствие конкретного местонахождения) 3. Темпоральную ундуляцию (распределенность во времени) 4. Фазирование (существование в иных измерениях, нежели наблюдатель) 5. Интеробъектность (взаимодействия между объектами и гиперобъектом происходят без наблюдения человека)
Эти характеристики легли в основу рубрикации книги. К каждой главе прилагается постер.
ВЯЗКОСТЬ
Чем больше объект пытается противостоять гиперобъекту, тем сильнее он приклеивается к нему. От гиперобъекта невозможно отдалиться и увидеть его целиком — можно обозревать его только изнутри, увязнув в нем. Вязкие гиперобъекты находятся вокруг и внутри нас: как атмосфера обволакивает землю и находится в легких человека.
НЕЛОКАЛЬНОСТЬ
Гиперобъекты распределены во времени и пространстве так широко, что их совокупность не может быть реализована ни в одном конкретном локальном проявлении. К примеру, климат как гиперобъект может лишь локально манифестировать себя в своих проявлениях в виде дождя, при этом не «умещаясь» в этом явлении целиком.
ТЕМПОРАЛЬНАЯ УНДУЛЯЦИЯ
Гиперобъекты настолько массивны, что время для них способно расширяться и сужаться. Период полураспада урана (отходы ядерного топлива) — 500 000 лет, что будет с человеком через это время? Мыслить гиперобъекты можно только в нечеловечески массивных пространственно-временных масштабах.
ФАЗИРОВАНИЕ
Гиперобъекты занимают пространство более высокой размерности, чем то, которое обычно могут воспринимать другие сущности. К примеру, человек почти не замечает медленных тектонических изменений. Гиперобъекты появляются и исчезают в трёхмерном пространстве, но выглядели бы иначе, если бы наблюдатель мог видеть более высокие измерения.
