Экспериментальный киноязык Сюдзи Тэраямы

1. Концепция
2. Разрушение четвертой стены
3. Нападение на зрителя
4. Эффект наложения
5. «Активное кино»
6. Заключение
7. Источники

Сюдзи Тэраяма — автор, который впечатляет своей многоплановостью и широтой интересов. Он был японским поэтом, писателем, драматургом, фотографом, режиссером театра и кино, комментатором конных скачек и бокса. Тэраяма творил на стыке медиумов, и каждое увлечение оставило свой след в его фильмографии, в особенности театральные практики.

Гипотеза исследования состоит в том, что экспериментальный метод Тэраямы строится на разрушении границ между театром, перформансом и кино, а также на постоянной дестабилизации зрительского восприятия через эффект отчуждения, провокацию и интермедиальность. Ключевой вопрос заключается в том, каким образом Сюдзи Тэраяма трансформирует классический киноязык и превращает зрителя из пассивного наблюдателя в активного участника киносеанса.

Выбор темы связан прежде всего с личным интересом к творчеству режиссера. До работы над исследованием мной уже были просмотрены некоторые произведения Тэраямы, но всегда хотелось глубже погрузиться в его фильмографию. Еще одной причиной стало творчество Кунихико Икухары — одного из моих самых любимых режиссеров, который неоднократно обращался к эстетике и художественным приемам Сюдзи Тэраямы в своих работах. Изучение фильмов Тэраямы позволит лучше понять произведения Икухары, а также множества других японских авторов, напрямую ссылающихся на творчество Тэраямы.

Для исследования были выбраны два полнометражных фильма — «Бросай читать, собираемся на улицах!» и «Пастораль. Умереть в деревне», а также короткометражные работы: «Бабочка», «Процесс», «Лаура», «Кинотени: Двухголовая девушка», «Отец», «Попытка описать меру человека» и «Ластик». Данные фильмы были отобраны, так как наиболее полно отражают особенности экспериментального киноязыка Тэраямы и демонстрируют разные способы взаимодействия режиссера со зрителем, пространством кадра и театральной формой.

Исследование делится на четыре тематических блока, каждый из которых будет посвящен одной из ключевых экспериментальных особенностей стиля Тэраямы. В первом блоке рассматривается разрушение четвертой стены. Второй посвящен нападению фильма на зрителя через прямое обращение с экрана. Третий блок исследует эффект наложения дополнительного слоя реальности на проекцию фильма. Четвертый блок связан с активным кино, предполагающим вовлечение зрителя в процесс взаимодействия с фильмом.

В качестве текстовых источников были выбраны статьи и академические работы, посвященные Тэраяме, его фильмографии и особенностям его экспериментального подхода в кино. Особое внимание уделяется исследованиям, рассматривающим взаимодействие режиссера со зрителем и театральность его работ.

Во многом приемы, которые использует Тэраяма в своих работах, направлены на достижение «эффекта отчуждения». Это понятие было введено Бертольдом Брехтом в его концепции «эпического театра». Суть «эффекта отчуждения» заключается в том, чтобы разрушить «эффект погружения» в произведение и дать возможность смотреть на него критично, а не эмоционально.

Среди приемов, разработанных Брехтом для достижения «отчуждения» были: прямые обращения актеров к зрителям и происходящая на глазах у публики смена декораций. Оба этих приема можно встретить в полнометражном фильме Тэраямы — «Бросай читать, собираемся на улицах!».

«Бросай читать, собираемся на улицах!» начинается и заканчивается сценами, где главный герой стоит перед зрителями и рассказывает им о своей роли в этом фильме, обнажая таким образом иллюзорность демонстрирующейся реальности внутри кино.

В короткометражной работе «Кинотени: Двухголовая девушка» можно также встретить этот прием. На протяжении фильма связь между тенями и их хозяевами нарушается, что приводит к их асинхронности — человек может пойти, а его тень застыть на месте.

В конце к тени подходит уборщица и начинает ее стирать со стены, нарушая сюрреалистичную реальность фильма, в которую режиссер заставлял зрителя поверить через раскрытие тайны воплощения трюка.

После этой сцены камера отдаляется и зритель может видеть съемочную площадку, демонстрирующую всю подноготную процесса создания фильма, а также используемую при съемках аппаратуру.

В середине полнометражного фильма «Пастораль. Умереть в деревне» пленка заканчивается и действие переносится в кинозал, где режиссер сидит в зале и показывает отснятый материал. Он рассуждает о выбранной теме фильма и ее использовании, после чего сам перемещается в свой фильм, становясь его героем.

В конце этого фильма, как и в уже упомянутых работах, режиссер снова рушит вымышленное пространство фильма через обнажение реальности. Происходит это символически вместе с декорациями — стены дома (съемочной площадки) рушатся, перенося зрителей из вымышленного пространства в реальный Синдзюку, где на фоне обычные прохожие смешиваются с актерами фильма.

Помимо простой демонстрации того, что фильм — это выдумка, где все персонажи — актеры, а локации являются декорациями, Сюдзи Тэраяма прибегает к более провокационному приему, как прямое обращение к зрителю с экрана.

В том же фильме «Бросай читать, собираемся на улицах!» главный герой обращается к зрителю, говоря, что, если он не будет ничего делать, то и сам фильм не начнется, после чего подталкивает к действию, прося уделить внимание рядом сидящей девушке и погладить ее коленку.

Еще более агрессивное агитирование с целью заставить зрителя действовать можно встретить в короткометражке «Лаура», где три девушки, находящиеся перед камерой, дразнят и насмехаются над зрителями в зале, а также просят их подойти к экрану, чтобы войти в их кино-измерение.

В середине короткометражки находится человек, который действительно перемещается в фильм, и над которым девушки сразу начинают грубым образом издеваться.

Также нужно отметить, что во время показа этой короткометражки в зале к экрану выходил человек, одетый как актер из фильма, и имитировал перемещение по ту сторону экрана, что превращало показ в перформанс, размывающий границы между реальностью и кино.

Еще один способ работы с восприятием кино, который встречается в работах Тэраямы — это наложение дополнительного слоя поверх реальности фильма.

В короткометражной работе «Ластик» мы видим, как во время показа некоторых сцен появляется рука, которая перечеркивает или стирает определенные элементы кадра: лицо матери, труп, фотография покойного моряка или море, в котором он погиб — все это может символизировать стирающиеся со временем воспоминания или воспоминания, которые человек насильно хочет вычеркнуть из своей памяти.

Также в некоторых сценах этой короткометражки поверх пленки появляется что-то, напоминающее налет плесени, что может символизировать разлагающиеся со временем воспоминания.

Подобный прием, включающий в себя искажение пленки, путем прямого с ней взаимодействия, нарушает диегезис фильма, создавая дополнительное пространство между фильмом и зрителем, которое влияет на восприятие произведения.

В короткометражном фильме «Отец» поверх любовной сцены внезапно накладывается голова наблюдающего человека — еще одного зрителя. А также, рука, что пытается прикоснуться к экрану.

Это подталкивает к идее, что сам зритель, смотрящий кино, прикасается к нему и становится элементом, дополняющим фильм.

В короткометражке «Бабочка» на протяжении всего фильма на экране появляются черные силуэты, мелькающие перед светом проектора и затрудняющие просмотр. Ближе к концу фильма все внимание на себя перенимают объекты, что находятся не на экране, а за экраном фильма — в реальности, что ближе ко зрителю.

В инструкциях по проекции этого короткометражного фильма в Каннах Тэраяма просил оператора помахать каким-либо предметом перед светом проектора, давая таким образом поучаствовать в создании фильма, и дать зрителям уникальный опыт от его просмотра, что является еще одним шагом к превращению пассивного взаимодействия с кино в активное.

Концепции присутствия зрителя и его взаимодействия с фильмом посвящена также короткометражка «Попытка описать меру человека», в которой карлик пытается прикоснуться к девушке, являющейся проекцией.

Несмотря на все тщетные попытки главного героя проникнуть в пространство внутри экрана, ему удается продемонстрировать способы активного взаимодействия зрителя и экрана, а также отношения между ними.

На протяжении своего творчества Тэраяма постоянно затрагивал тему взаимодействия зрителя и экрана, пытаясь через разного рода провокации заставить зрителя действовать во время просмотра, что вылилось в «активное кино», которое дает зрителям пространство для действия.

Примером «активного кино» является короткометражка «Процесс», первые 20 минут которой состоят из бессвязных сценок на тему гвоздей и их вбивания при помощи молотка. Но в предпоследней сцене фильма появляется человек в униформе, который берет молоток и при помощи него начинает выдирать гвозди из белой стены.

Последние 10 минут фильма представляют собой пустой белый экран, который дает зрителю возможность себя заполнить.

Во время показа этой короткометражки в 1975 году рядом с экраном стояла корзина с молотками и гвоздями, которая подталкивала зрителя начать самостоятельно вбивать гвозди в экран, сделанный из белой крашеной фанеры. Таким образом, зритель становился соавтором фильма, напрямую влияющим на его концовку.

Подводя итоги исследования, можно прийти к выводу, что Тэраяма хотел от кино гораздо большего, чем оно могло ему предложить.

Используя театральный опыт, Тэраяма конструировал свой экспериментальный язык вокруг «эффекта отчуждения», но, несмотря на то что этот прием призван отдалить зрителя от произведения, Тэраяма использует его для достижения обратного эффекта. Благодаря прямому разрушению реальности фильма и признанию ее ненастоящей, Тэраяма получал возможность вести со зрителями прямой диалог.

Чтобы составить зрителям компанию, Тэраяма через свой язык искал доступ к пространству между проектором и экраном, накладывая на изображение дополнительные слои реальности.

Тэраяма был одержим идеей того, что зритель должен не только смотреть, но и быть частью кино, поэтому давал ему в руки молоток, чтобы начать вбивать гвозди в экран — будь жив Сюдзи Тэраяма в наши дни, он с огромной вероятностью мог начать разрабатывать видеоигры, которые предоставляют возможность быть соавтором произведения.

Экспериментальный киноязык Сюдзи Тэраямы — голова высокого мужчины, что закрывает часть экрана в кино, громкие подростки, которых нужно попросить быть потише во время показа, и оттягивающая просмотр инструкция по пожарной безопасности.