Американский композитор Джон Кейдж (1912–1992) является выдающимся композитором-авангардистом, экспериментатором, философом и теоретиком музыки ХХ века. Он изменил традиционные представления о музыкальном искусстве, устранив границы между музыкой и звуком, сделав музыку бесконечной и предоставив возможность звукам окружающей среды и природы говорить, чтобы пробуждать человеческие чувства.
Джон Кейдж — фотография из статьи «A Conversation About John Cage and William Gedney’s Iris Garden». Фотограф неизвестен
К теме времен года Кейдж обращается в период 1946–1951 годов. Этот период выделяется исследователями в отдельный этап творчества Кейджа, поскольку созданные в это время произведения были созданы под сильным влиянием индийской философии. К этому времени Кейдж был уже известным композитором, прославившимся изобретением «подготовленного фортепиано». В этот период появляются и два произведения Кейджа, посвященные временам года — балет «Времена года» (1947) и «Струнный квартет в четырех частях» (1950).
Джон Кейдж «Времена года» (1947)
«Времена года» — балетная партитура 1947 года, вдохновлённая индийской философией. «Времена года» были написаны по заказу Линкольна Кирстейна для Балетного общества, предшественника Нью-Йоркского городского балета. Премьера состоялась в 1947 году в театре Зигфилд. Мерс Каннингем создал хореографию балета, а Исаму Ногучи — дизайн костюмов и декораций. Кейдж сначала написал произведение для фортепиано (С.F. Peters EP 6744a), а затем создал оркестровую версию при участии Лу Харрисона и Вирджила Томсона. Балет был первым оркестровым сочинением Кейджа.
Обложка произведения «The Seasons» Джона Кейджа
Фрагменты партитуры произведения «The Seasons» Джона Кейджа
Философская основа
«Времена года» были написаны примерно в то же время, что и два других шедевра Кейджа — «Сонаты и интерлюдии» и «Струнный квартет в четырёх частях». Все три произведения отражают интерес композитора к индийской философии. Кейдж неоднократно упоминал одну конкретную идею из трудов индийского историка искусства Ананда К. Кумарасвами: искусство должно «подражать природе в её способе действия». Кунарасвами утверждает, что это подражание вечным формам, а не просто видимости: «Мы обнаружим, что азиатское искусство идеально в математическом смысле: подобно Природе (natura naturans) не по внешнему виду (то есть ens naturala), а по действию».
Опираясь на индийскую философию, Кейдж пытается имитировать естественное течение года и представляет индийскую концепцию времен года как цикл, где
зима — это покой (неподвижность), весна — это созидание, лето — это сохранение, осень — это разрушение.
Исторические снимки макетов сцены и реквизита Исаму Ногучи. Зима и весна
Исторические снимки макетов сцены и реквизита Исаму Ногучи. Лето и осень
Характер и стиль
Композицию можно описать как нежную, лиричную и поэтичную, и в то же время как глубокое, обращенное внутрь человека музыкальное произведение. Каждое время года обладает своим неповторимым характером. Издание Gramophone описало это произведение как «Кейдж в своей наивысшей степени поэтичном творчестве, воссоздающий каждое из четырёх времён года в прекрасных меняющихся красках».
Структура произведения
Длительность произведения составляет около 15 минут. Оно состоит из девяти частей, где каждому времени года предшествует прелюдия, а завершается балет финалом, который возвращает прелюдию и тем самым завершает цикл:
Prelude I — Winter — Prelude II — Spring — Prelude III — Summer — Prelude IV — Fall — Finale (Prelude I)
Общая ритмическая структура работы составляет 2, 2, 1, 3, 2, 4, 1, 3, 1, которая определяет не только структуру отдельных частей, но и пропорции всего произведения, приблизительно указывая на относительную длительность частей.
Техника композиции
«Времена года» представляют ранний опыт использования Кейджем гаммут-техники, то есть использование для построения музыки «гамм» звуков («gamuts»), представляющих собой заранее заданные наборы звучаний (отдельных нот, аккордов или совокупностей нот).
В его понимании «гамма» — это набор музыкальных материалов для использования в произведении, определяемый до процесса сочинения. «Гамма» — это не просто набор тонов, тем, мотивов или аккордов, но и совокупность звуков различного характера и сложности. Уже более ранние опыты заложили основу для концепции «техники гаммы» Кейджа.
«Времена года» были первым произведением Кейджа для оркестра. Это создавало различные композиционные проблемы, но, возможно, самой сложной для него была работа с гармонией. «Техника гаммы», применяемая к гармониям, давала решение этой проблемы. Основная предпосылка заключалась в том, что он мог упростить использование гармоний, ограничившись набором определенных звучностей, составленных в самом начале. Кейдж использовал те же звучности в разных перестановках и контекстах: в этом суть техники гаммы. Во «Временах года» техника, опробованная ранее в фортепианных пьесах, получила дальнейшее развитие с более свободным использованием более широкой гаммы звучностей и вывело новые идеи на передний план творчества.
Музыкальный язык
Особая выразительность балета связана с яркими тембрами восточной музыки. Например, в Первой прелюдии звучит диалог между тембрами кларнета и флейты. Похожий диалог деревянных духовых инструментов слышен и в пьесе «Зима», который приносит спокойствие и умиротворение. Во Второй прелюдии появляется больше движения, оркестр звучит насыщеннее. То же самое можно сказать о «Весне»: эта пьеса наполнена звучанием всех инструментов, особенно выделяются деревянные духовые, играющие быстрые мелодии, похожие на птичье пение. В пьесе «Осень» главную роль получает тембр трубы.
Еще одной особенностью этой музыки является ее спокойный и созерцательный характер. Музыка балета в целом звучит отрешенно и спокойно за исключением последней части «Осень». Эта пьеса резко отличается от остальных: она более быстрая, громкая и напоминает марш. В ней чувствуется разрушение и хаос. Но после нее снова звучит Первая прелюдия, и в музыку возвращаются покой и умиротворение.
Джон Кейдж «Струнный квартет в четырех частях» (1949–1950 гг.)
Работа над квартетом была начата во время семимесячного путешествия Кейджа по Европе весной и осенью 1949 года. Он посетил Нидерланды и Италию, но большую часть времени провёл в Париже, где давал концерты, аккомпанировал Мерсу Каннингему и встречался с французскими музыкантами, писателями и художниками. Кейдж продолжил работу над квартетом после возвращения в Нью-Йорк и завершил произведение в начале 1950 года.
Части партитуры произведения «String Quartet in Four Parts» Джона Кейджа
Характер и стиль
Струнный квартет в четырех частях — первое значительное сочинение Кейджа для струнных. Но инструменты в квартете звучат отрешенно, они лишены виртуозности. Ремарка Кейджа: «без вибрато и с минимальным нажимом на смычок».
Структура произведения
Квартет состоит из четырех частей, по два раздела в каждой части, итого восемь разделов. Организация квартета основана на предположительно произвольной арифметической последовательности (2½, 1½, 2, 3, 6, 5, ½, 1½). Всего в квартете 22 единицы, в каждой единице — по 22 такта (соответственно: 1-я часть — 4 единицы, 2-я — 5, 3-я — 11, 4-я — 2).
Программа квартета
Программа квартета представляет годовой цикл в соответствии с индийским календарем — от лета к весне. 1 часть «Спокойно плывя» (лето), 2 часть «Медленно покачиваясь» (осень), 3 часть «Почти неподвижно» (зима), 4 часть «Quodlibet» (весна).
В первой части музыка повествует о лете во Франции, во второй — об осени в Америке. Для третьей и четвертой части Кейдж не определяет географического положения, зато определяет музыкальную форму: зима — канон, весна — кводлибет.
Особенности темпа
Темп музыки определяется в названиях частей квартета («Тихо течет», «Медленно покачиваясь», «Почти неподвижно»). Последняя часть обозначена как «Quodlibet». На самом деле темп постоянен на протяжении всего произведения, а эффект постепенного замедления темпа в первых трех частях создается путем удвоения основного ритмического блока от одной части к другой (четвертная нота, половинная нота, целая нота). В последней части («Весна») основной пульс — восьмая нота, так что напрашивается внезапное и резкое увеличение темпа. Этот план темпов явно связан с сезонной программой: переход от «Сохранения» к «Покою» сопровождается постепенным замедлением, в то время как возвращение к «Созданию» отмечено внезапным усилением активности.
Техника композиции
В струнном квартете дальнейшее развитие получает «техника гаммы». Здесь, как и во «Временах года», «гамма» представляет собой набор звучаний, используемых в произведении. Но если во «Временах года» гамма использовалась довольно свободно, то в струнном квартете она используется более упорядоченно. Во-первых, сам набор «гамм» относительно невелик: всего тридцать три элемента. Во-вторых, поскольку в квартете практически нет «свободных» элементов (таких как мелодические линии или октавные гармонии), «гаммы» представляют собой весь музыкальный материал, присутствующий в произведении.
В струнном квартете Кейдж пытался полностью подчинить гармонию мелодии. Более того, в своём каталоге произведений он описал квартет как «мелодическую линию без аккомпанемента» и говорил, что в нём «нет контрапункта и гармонии». Гармонический застой подчёркивается относительно медленным темпом в первых трёх частях, общим отсутствием выразительной динамики и указанием на то, что исполнители вообще не должны использовать вибрато в своей игре.
Борьба Кейджа с гармонией стала для него спором между творением и разрушением. Когда Кейдж сказал Арнольду Шёнбергу, с которым он учился в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе в начале 1930-х годов, что у него нет чувства гармонии, Шёнберг предупредил его, что тогда он придет к стене, через которую он не сможет пройти как композитор. «Я ударюсь головой о эту стену», — ответил Кейдж. И он делал это до конца своей жизни.
Музыкальный язык
Квартет — это тихая работа, размышление о временах года, месте и цели, вдумчивое созерцание формы и материала.
Часть 1: Спокойно плывя (Лето)
Первая скрипка мягко качается между двумя нотами, создавая ощущение медленного, почти незаметного движения. Мягкая, тихая атмосфера, с ощущением непрерывного движения. «Летнее» время года воссоздаётся через разреженные фактуры и открытые интервалы, создавая ощущение покоя и размышлений.
Часть 2: Медленно покачиваясь (Осень)
Музыка, кажется, дрейфует. Виолончель добавляет короткие, случайные звуки, создавая момент музыкального напряжения. Эта часть продолжает тему тишины, используя более абстрактные и менее развитые звуки, вызывающие ощущение осеннего угасания. Мелодия здесь разваливается, отражая тему разрушения. Музыкальные критики сравнивают эту часть с живописью в стиле пуантилизма.
Часть 3: Почти неподвижно (Зима)
Эта часть является первым настоящим представлением покоя в музыке Кейджа, при этом тишина является центральным элементом. Музыка длится так долго, как остальные три части вместе взятые, и мало что происходит. Гаммы становятся отдельными событиями. Мелодия — это иллюзия, а не факт. Действие — это грациозная нота или случайная фраза из трех или четырех нот. Это прекращение активности, остановка всего, что работает, создавая ощущение глубокого покоя и созерцания с помощью длительного безмолвия и открытых интервалов.
Часть 4: Quodlibet (Весна)
Живое, жизнерадостное и ритмичное звучание в стиле барокко. Используется «кводлибет» — попурри из известных мелодий. Эта выразительная завершающая часть привносит в произведение чувство радости и юмористического завершения. Удивительная мелодическая и гармоническая связность контрастирует со строгостью предыдущих частей.
Джон Кейдж «4’33’’» (1952 г.)
Музыкальная пьеса «4’33’’», пожалуй, самое известное произведение Кейджа, без которого не обходится практически ни одно из обсуждений его творчества. Кейдж часто говорил о «4’33’’» как о самом любимом и важном для него произведении.
Пьеса может исполняться как одним инструментом, так и оркестром, при этом музыканты ничего не играют на протяжении всей пьесы. Содержанием пьесы являются те звуки окружающей среды, которые будут услышаны во время прослушивания композиции.
Идея этой пьесы возникла у композитора еще в 1948 году. В «Исповеди композитора» он написал о своем желании сочинить пьесу непрерывной тишины и продать компании Muzak. Он упомянул, что пьеса будет длиться 4,5 минуты, и она будет называться «Безмолвная молитва».
Части партитуры произведения «4'33''» Джона Кейджа
Длительность и структура произведения
Длительность произведения соответствует его названию — 4 минуты 33 секунды. Пьеса состоит из трех частей фиксированной длительности. Трехчастная форма является самой классической формой для концертного произведения. В первой части, экспозиции, дается основная тема. Вторая часть обычно лирическая, и у Кейджа она самая длинная. Третья часть обычно патетическая.
Длительность первой части в «4’33’’» составляет 30 секунд, второй части — 2 минуты 23 секунды и третьей части — 1 минута 40 секунд. Эти длительности были получены Кейджем случайным образом.
Кейдж упоминал, что общая длительность в 4,5 минуты соответствует стандартной длине «музыкальных консервов» («canned music»). Под «музыкальными консервами» понималась фоновая музыка, которая записывалась заранее, и использовалась в телевизионных или радиопрограммах, а также в общественных местах. Кейдж в 1948 году писал о намерении продать свою пьесу американской компании Muzak, которая была известна как поставщик фоновой музыки для общественных мест, таких как магазины, рестораны и офисы.
Интересно отметить, что стандарт длительностью в 4,5 минуты закрепился в музыкальной индустрии и до сих пор является ориентиром для радио-хитов, проигрываемых на радиостанциях.
Первая страница 4’33’’, написанная Джоном Кейджем в 1952 году.
Tacet
В партитуре «4’33’’» используется слово «tacet» для обозначения тишины. «Tacet» — это музыкальный термин, который обозначает паузу, когда инструмент или голос не звучат. «Tacet» — это высчитываемая пауза, и музыка состоит из пауз.
Партитура объясняет, как исполнять произведение, и указывает точную длительность для каждой части. «4’33’’» исполняется по часам, которые лежат рядом с исполнителем или дирижером оркестра.
«4’33’’» — это произведение, где Кейдж дает волю случаю, окружающей среде и природе говорить. Природа или окружающая среда делают музыку в этом произведении, а исполнитель молчит и лишь отсчитывает указанное Кейджем время. Но исполнители не просто молчат, а дают возможность кому-то солировать. Это тишина не всеобщая, а лишь того, кто исполняет произведение. Это становится философской позицией, когда музыкант сидит и считает собственную тишину.
Джон Кейдж, 4’33’’, 1952 г., музыкальная партитура
Однажды, стремясь услышать настоящую тишину, Кейдж отправился в «безэховую камеру», стены которой покрыты материалом, поглощающим шум. Однако, войдя туда, он сильно удивился. Вместо тишины Кейдж услышал звуки собственного тела — биение сердца и пульс крови в висках. Так он понял, что полной тишины не существует. Кейдж говорил: «Такой вещи, как молчание, не существует. Всегда есть что-то, что издает звук. Эта идея никому из слушающих не приходит в голову».
Джон Кейдж в «безэховой» камере в Гарвардском университете в 1951 г. Фотограф неизвестен
Позже Кейдж сделал еще одно важное открытие на выставке художника Роберта Раушенберга, который представил свои «Белые картины». Кейдж заметил, что в зависимости от освещения и того, как тень зрителя падала на полотно, оттенок белого цвета менялся. Картины никогда не были одинаковыми. Эти наблюдения натолкнули Кейджа на мысль, что тишина и пустота тоже могут быть формой искусства.
Так он создал свою знаменитую музыкальную пьесу «4’33’’».
Портрет Роберта Раушенберга с четырьмя панелями белых картин, 1951 г. Фотограф неизвестен
Белые картины. Роберт Раушенберг, 1951 г. Фото: Dorothy Zeidman, 1991; © Robert Rauschenberg Foundation.
Премьера «4’33’’» состоялась 29 августа 1952 года в Вудстоке. Композицию исполнял знаменитый пианист Дэвид Тюдор. Он вышел на сцену, поместил партитуру на пюпитр и, поклонившись зрителям, сел за рояль. Пианист отмечал начало каждой части, подниманием, а окончание — опусканием крышки рояля. Он следил за временем звучания каждой части по часам. За окном концертного зала сначала был слышен шум ветра, а во время второй части — шум дождя. После окончания исполнения пианист ушел со сцены, не сыграв при этом ни одной ноты.
Исполнение Вильямом Марксом пьесы 4’33’’ Джона Кейджа
В оркестровом исполнении пьесы «4’33’’» Кейдж совершенно особенным образом определяет роль дирижера. Он писал, что «отказ от контроля над звуками, чтобы они снова стали звуками в себе, означает, что дирижер оркестра больше не исполняет обязанности блюстителя порядка. Он просто указывает на время — не по долям, а хронометрически. У дирижера — своя партия. Он и вовсе никому был бы не нужен, если бы у музыкантов существовали свои способы узнавать, сколько сейчас времени и как оно вообще течет.»
Философская основа
В музыкальной пьесе «4’33’’» Кейдж интерпретирует учение дзен буддизма. Он писал: «Наше намерение — утвердить жизнь; не привнести порядок в хаос или предложить усовершенствование мироздания, но просто пробудиться к той жизни, которой мы живем, которая так замечательна, если избавиться от своих мыслей и желаний и позволить ей действовать по своему усмотрению.»
Джон Кейдж сформулировал простую, но глубокую мысль: тишины не существует. Мир вокруг нас наполнен бесконечным количеством случайных звуков. Он стремился показать, что все звуки имеют значение, даже самые обыденные. Кейдж считал, что шумы окружающего мира — это тоже музыка, не менее ценная, чем произведения, написанные для инструментов. Нужно лишь научиться внимательно слушать. Он писал, что если человек сможет сосредоточиться на тишине и пустоте, то звуки сами начнут открываться ему, как самостоятельное явление. По мнению Кейджа, такое слушание помогает задуматься и пробуждает чувствительность к миру природы и к самому себе.
«Музыка иногда состоит из отдельных звуков или сочетаний звуков, которые не опираются на гармонии, а звучат в тишине. В результате из этой независимости музыки и танца получается ритм, который не похож на стук копыт или другие равномерные ритмы, а напоминает сразу множество событий во времени и пространстве — например, звезды в небе или жизнь на земле с высоты птичьего полета.»
Для Кейджа целеполагание в музыке не играло важной роли. Он отмечал: «Я не имею дело с целями, я имею дело со звуками. А что это за звуки? Их я создаю спокойно, в те минуты, когда хожу в лес в поисках грибов». Интересно отметить, что Кейдж был микологом-любителем, то есть увлекался изучением грибов. Он часто прогуливался по лесу, собирая грибы и потом определяя их виды. И эти прогулки были для него наполнены музыкой.
«Я провел много приятных часов в лесах, дирижируя своей беззвучной пьесой… Во время одного из исполнений я провел всю первую часть, пытаясь опознать незнакомый гриб, которому удалось остаться неопознанным. Вторая часть вышла чрезвычайно драматичной, начавшись с шума, произведенного ланью с олененком, выскочившими из леса в нескольких шагах от моего каменного дирижерского мостика. Эта часть получилась не только драматичной, но и необычно грустной, с моей точки зрения, потому что животные были напуганы только тем, что я человек. В третьей части вернулась тема первой, со всеми хорошо известными изменениями мироощущения, связанными в немецкой традиции с формой А-В-А.» (Дж. Кейдж)
Кейдж гениально сделал так, что его музыка стала звучащей как мир. «4’33’’» исполнялась бесчисленным числом людей, которые представили звучание тишины в различных природных ландшафтах и во все времена года.
«4′33″» в оптике времён года: как «тишина» фиксирует сезон
STUMM433 (Mute, 2019): «календарь тишины»
Бокс-сет STUMM433 показывает, что «4′33″» — это не «ничто», а срез конкретной среды в конкретный момент года. Каждая «версия» неизбежно записывает сезон: плотность городского шума летом, долгие реверберации в зимних помещениях, ветровой фон межсезонья, высокочастотные насекомые хоры в тёплые месяцы. Тем самым сборник превращается в антологию сезонных саундскейпов, где участвуют артисты от Depeche Mode и New Order до Einstürzende Neubauten и Goldfrapp. Важная деталь формата Mute — каждая интерпретация сопровождается визуальной фиксацией контекста, ещё раз подчеркивая привязку к месту и времени, то есть к сезону.
Фотографии альбома «STUMM433». Фотограф неизвестен
Показательный кейс — вклад Depeche Mode: запись сделана за кулисами на финальном концерте тура, то есть в сверхконкретных обстоятельствах (пространство, остаточный гул публики, погода и время суток снаружи). Такая «рамка» буквально заставляет слушать сезон через контекст площадки, а не через мелодию: «времена года» считываются по тому, что звучит вокруг.
Обложка альбома «STUMMM433»
Мобильное приложение «4′33″»: народная фенология звука
Официальное приложение John Cage Trust предлагает каждому записать собственное «4′33″» и разместить его на мировой карте. Геотег и дата превращают эту карту в неформальную фенологию: зимние записи демонстрируют поглощение высоких частот снегом и общую «тихость» улиц; весенние — птичьи крики и текущую воду; летние — непрерывный гул насекомых и кондиционеров; осенние — шелест листвы и порывистый ветер.
Скриншоты из мобильного приложения «4'33'' — John Cage»
«0’00’’»
Композиция «0’00’’» была создана Кейджем на десять лет позже «4’33’’» — «соло, которое может исполнить любой». Партитура произведения, написанная в 1962 году, состоит из одного предложения: «Исполнять подготовленную акцию с максимально возможным для данной конкретной ситуации звукоусилением, без обратной связи».
Первое исполнение произведения, состоявшееся в Токио во время первого тура Кейджа по Японии, состояло из того, что Кейдж написал это самое предложение. На следующий день после токийского выступления он добавил к основной партитуре четыре условия: исполнитель должен допускать любые прерывания действия; действие должно выполнять обязательство перед другим; одно и то же действие не должно использоваться более чем в одном исполнении и не должно быть исполнением музыкальной композиции; и, наконец, исполнитель не должен обращать внимания на ситуацию, в которой он находится, будь то электронная, музыкальная или театральная. Эти условия, возможно, были подсказаны этим первым исполнением, и их включение в партитуру таким образом проясняло намерение Кейджа.
В партитуре нет никаких упоминаний о звуке. Единственная акустическая информация — это указание о звукоусилении, и это лишь подразумевает, что звук будет слышен. «0’00’’» не существует как серия звуков, а только как процесс, действие исполнителя.
Джон Кейдж «0’00’’», обложка и часть партитуры
Характер «0’00’’» позволяет отнести это произведение к жанру «перформанса». Кейдж имел давнюю связь с движением перформанса. Некоторые авторы ссылаются на мероприятие, организованное им в колледже Блэк-Маунтин в 1952 году — совместное выступление с Мерсом Каннингемом, Робертом Раушенбергом, Дэвидом Тюдором, М. К. Ричардс и Чарльз Олсен — как первый пример «хэппенинга». Для управления перформансом использовалась простая структура случайных временных интервалов, включавшая в себя фильм, сайды, поэзию, музыку и танец.
В «0’00’’» обнаруживается иное отношение Кейджа как композитора к внешнему миру звуков, который служил ему средством выражения. Здесь вообще нет партитуры, и нет ощущения объективного звукового мира, который можно было бы постичь. Вместо этого существует полностью субъективная ситуация, в которой исполнитель действует осознанно и лично. Действия исполнителя в «0’00’’» не организованы по какому-либо сложному плану или процессу, а реализуются просто и непосредственно.
Кейдж выбрал новый курс в своём творчестве. Если раньше он пытался сделать свои музыкальные произведения более похожими на жизнь, то теперь он обратился к превращению своей жизни в своё произведение. «0’00’’» — это произведение, состоящее из очень личного действия. Оно не требует репетиций или тщательной подготовки, а исполняемое действие — то, которое он бы совершил в любом случае. «0’00’’», берёт момент из повседневной жизни Джона Кейджа и посредством электроники и концертного зала превращает его в музыкальное произведение. Музыка становилась всем, что делал Кейдж, а отсутствие партитуры служило для того, чтобы исключить возможность фиксации опыта и возможного повторения.
Эта идея о том, что просто можно жить искусством, создала новую интерпретацию «4' 33’’». Если раньше это произведение представляло собой демонстрацию непреднамеренных звуков, то теперь Кейдж рассматривал его как непрерывное музыкальное произведение, намёк на абсолютное единство музыки и жизни. В 1960-х годах Кейдж чувствовал, что его работа может показать всем слушателям, как найти ту «повседневную красоту», которую невозможно получить через произведения какого-либо композитора, но которая «подходит нам в каждый момент, чтобы создавать свою музыку самостоятельно». (Я не говорю ни о чём особенном, просто об открытой машине, открытом разуме и наслаждении повседневными шумами.)
Совместно с заменой объектов процессами Кейдж избегает любых измерений в своей партитуре. Название «0' 00’’» является отсылкой к понятию «нулевого времени», заимствованному из работ Кристиана Вольфа. Событие, обозначенное таким образом, может иметь любую длительность. Кейдж изменил своё представление о времени в музыке, как он объясняет: «Видите ли, если музыка воспринимается как объект, то у неё есть начало, середина и конец, и можно чувствовать себя довольно уверенно, проводя измерения этого объекта. Но когда музыка становится реальностью, эти измерения становятся менее значимыми, и сам процесс, включающий, если это произошло, идею Нулевого Времени (то есть, отсутствие времени вообще), становится таинственным и, следовательно, чрезвычайно полезным.»
Стремление Кейджа к музыке, не поддающейся измерению, также было результатом принятия им сложного мира природы в качестве идеальной модели для собственного искусства.
Влияние Джона Кейджа на российский музыкальный авангард
После открытия «железного занавеса» в июне 1988 года Джон Кейдж приехал в Петербург на фестиваль современной музыки, что было невероятным событием. Сам он после своего визита в Петербург говорил, что так же хорошо, как ему было в Петербурге, он мог себя почувствовать, пожалуй, только в горах Китая. Еще до приезда личность Кейджа, перевернувшего представление о музыке, оказывала сильное воздействие на творчество молодых петербургских музыкантов и на их увлечение авангардом. Сергей Курехин писал: «Для меня Джон Кейдж один из важнейших, может быть, людей, мне это не объяснить. Есть вещи, неоправданные никакими разумными доводами, их называют любовью просто. Это вот — любовь.»
Единственный концерт Джона Кейджа проходил в Малом зале ленинградской филармонии. Среди слушателей были Сергей Курехин, Александр Кан, Виктор Мазин, Сергей Бугаев и многие другие. Курехин писал, что все были поражены необыкновенной эмпатией Кейджа. После концерта Кейдж оказался в фойе совершенно один, и Сергей Курехин, Александр Кан и Сергей Бугаев (Африка) подошли к нему и пригласили на прогулку, и он согласился. Было совершенно невероятно, что Кейдж гулял по петербургским улицам и дворам с совершенно незнакомыми ему ребятами.
По дороге в помойке они нашли редкую стеклянную бутыль. Потом они пришли домой к Африке, и Курехин предложил сделать какую-нибудь акцию. Они ходили вокруг квадрата, олицетворяющего «Черный квадрат» Малевича, и переливали воду. Эта акция получила название «Водная симфония». Сергей Курехин впоследствии говорил о важности для него происшедшего тогда обряда.
Перформанс Джона Кейджа «Водная симфония». С. Бугаев, Дж. Кейдж, Т. Новиков, И. Шумилов, С. Курехин. Ленинград. 1988 г. Фото Анатолий Сягин
Через несколько месяцев после отъезда Джона Кейджа в Петербург приезжал его друг Раушенберг, который рассказал Сергею Курехину и Тимуру Новикову интересную историю об увлечении Кейджа грибами. Однажды Кейдж отправился в лес на поиски Лин чжи, волшебного гриба бессмертия, и взял с собой Раушенберга. Этот редкий гриб вырастает на пне поваленного дерева. Много лет Джон Кейдж искал этот гриб, и сильно расстраивался, что не мог его найти. Они шли по лесу и Раушенберг, отойдя в сторону, увидел на пне какой-то гриб. Он сорвал его и показал Кейджу: «Джон, не этот ли гриб ты ищешь?» Кейдж очень огорчился, что это не он нашел Лин чжи и долго потом сердился на Раушенберга.
Сочинения Сергея Курехина в той или иной степени продолжали то, что делал Джон Кейдж. Курёхина не устраивала зашоренность в восприятии искусства публикой и критиками, которые пытались загнать «альтернативщину» в рамки какого-то жанра — джаза, рока и прочих понятий. Курехин не хотел быть джазовым или рок-музыкантом. Он хотел быть собой. В январе 1996 года, за несколько месяцев до своей смерти, Курехин вместе с американским саксофонистом Кешаваном Маслаком записал один из своих последних альбомов «Дорогой Джон Кейдж…» с тихой музыкой в двух частях: «Дорогой Джон» и «Кейдж». Диск звучит очень похоже на сочинения Кейджа. Курехин играет на рояле, Маслак — на бамбуковой флейте и «миниатюрной переделанной гитаре».
На обложке диска после заголовка «Дорогой Джон Кейдж…» написаны слова Кейджа: «Когда увидишь Сергея, пожалуйста, передай ему привет/ он был моим другом/ моим особенным другом/ я знаю ты увидишь его/ вы оба очень особенные/ новаторы/ пророки/ проводники в будущее/ вы оба потрясающе влияете на мою жизнь/ многие другие жизни/ когда ты увидишь его/ не забудь спросить/ носит ли он по-прежнему те смешные ботинки/ с загнутыми вверх носками.»
Обложка альбома Сергея Курехина «Дорогой Джон Кейдж…»
