Hseanimation

Рубрикатор

Концепция исследования
Введение: Невидимый барьер
Инструментарий отчуждения (Типология)
Идеология «Чистого города» (аргументы ЗА)
Жертвы дизайна: случайный урон (аргументы ПРОТИВ)
Контрдизайн и тактический урбанизм
Заключение

Концепция

Городская среда традиционно воспринимается как инклюзивное пространство, предназначенное для взаимодействия и отдыха. Однако в последние десятилетия наблюдается экспансия «враждебного» или «оборонительного» дизайна (Hostile Architecture). Актуальность данной темы обусловлена тем, что архитектура перестает быть пассивным фоном и превращается в инструмент скрытого социального контроля. Дизайн, призванный защищать «порядок», на деле начинает бороться с «нежелательными» категориями граждан: бездомными, скейтерами, молодежью.

Выбор этой темы продиктован необходимостью обнажить невидимые механизмы отчуждения, которые делают городскую среду неудобной и психологически агрессивной для каждого жителя, независимо от его социального статуса.

Для визуального исследования был сформирован корпус изображений и кейсов, охватывающий период XIX–XXI веков. В работу включены как классические примеры (шипы на подоконниках, наклонные скамейки), так и более изощренные технологические решения (синее освещение, ультразвуковые излучатели). Особое внимание уделялось географическому разнообразию: от Европы (скамья в Камдене) до Азии (бетонные шипы в Гуанчжоу). Это позволяет доказать глобальный характер проблемы. Также важным критерием отбора стало наличие визуальных свидетельств «контрдизайна» — актов творческого сопротивления жителей, таких как yarnbombing или проект Archisuits, которые наглядно иллюстрируют конфликт между навязанной формой и человеческой потребностью.

Исследование структурировано по принципу «от фиксации проблемы к поиску альтернативы» и разделено на пять ключевых блоков:

Введение: Основные термины и первые упоминания враждебной архитектуры
Инструментарий отчуждения: Детальный разбор физических объектов контроля (горизонтальные барьеры, текстурное подавление, свето-звуковые фильтры).
Идеология «Чистого города» (Аргументы ЗА): Попытка взглянуть на архитектуру глазами властей и бизнеса через призму теории «разбитых окон» и экономики чистоты.
Жертвы дизайна (Аргументы ПРОТИВ): Анализ дегуманизации среды и «случайного урона», который наносится пожилым людям, беременным женщинам и маломобильным группам.
Контрдизайн и тактический урбанизм: Изучение способов «взлома» враждебной среды и возвращения пространства людям через партизанское благоустройство и искусство.
Заключение

Является ли враждебная архитектура необходимой мерой защиты городского порядка или это акт агрессии, нарушающий базовые права человека на комфортное пространство?

Введение: Невидимый барьер

Враждебная архитектура (Hostile Architecture), также известная как оборонительная архитектура, или защитный дизайн (Unpleasant Design), или архитектура против бездомных — это стратегия городского планирования, которая использует элементы застроенной среды для целенаправленного направления или ограничения поведения, считающегося нежелательным городскими властями. Она часто нацелена на людей, которые используют общественное пространство чаще, чем другие, включая молодежь, людей с низким доходом и бездомных. В результате проекты также становятся враждебными по отношению к пожилым людям, людям с ограниченными возможностями и беременным женщинам. Враждебная архитектура проявляется в различных формах: от наклонных скамеек, на которых невозможно спать, до шипов, установленных в укромных местах, и металлических прутьев, вмонтированных в выступы. На первый взгляд, эти конструкции могут показаться безобидными или просто практичными, но при более глубоком рассмотрении они представляют собой тревожное отражение того, как современные городские пространства становятся все более античеловечными и жестокими даже к собственным гражданам.

Дом Майлза Брютона

Приспособления такого рода появились уже в XIX веке. Дом Майлза Брютона — это национальный исторический памятник, жилой комплекс, расположенный в Чарльстоне, Южная Каролина. Это один из лучших образцов «двойного дома» (имеется в виду расположение четырех основных комнат на каждом этаже, разделенных центральным лестничным холлом) в Чарльстоне. Дом расположен на территории в два акра, а обширная коллекция хозяйственных построек делает его одним из самых полных комплексов таунхаусов в георгианском стиле в Америке. Дом был построен примерно в 1765–1769 годах для Майлза Брютона, богатого работорговца и плантатора. В 1822 году владелец окружил особняк кирпичным барьерами кованым забором с острыми шипами — так называемыми «chevaux de frise» («фризские лошади»). Защитные элементы были добавлены после заговора Денмарка Весси, возглавившего восстание рабов, и сохранились до наших дней как редкий пример исторической защиты частных владений.

Исходный размер 1024x714

Ночные работы над реконструкцией улицы Риволи, освещаемые электрическим светом. 1854 год. Исторический рисунок

Социальный контроль: трансформация парижских улиц в XIX веке как стратегия борьбы с восстаниями. В эпоху бурной индустриализации Франции население Парижа росло аномальными темпами: всего за семьдесят лет (с 1800 по 1870 годы) число горожан увеличилось почти вчетверо, достигнув 2 миллионов человек. Плотность населения в отдельных районах была запредельной — до 100 тысяч жителей на квадратный километр. Городская инфраструктура не справлялась с такой нагрузкой: лабиринт узких, извилистых переулков блокировал транспортное сообщение, а катастрофическое состояние санитарии провоцировало регулярные эпидемии. В результате обеспеченные слои общества начали массово перебираться в северные и западные пригороды, оставляя центр бедноте. Именно стремительная маргинализация центральных кварталов и страх перед политическим хаосом подтолкнули Наполеона III и префекта Османа к радикальной реконструкции города. Цель преобразований была предельно прагматичной. Как заявлял сам Осман, чтобы «вспороть брюхо» старому Парижу — этому очагу мятежей — необходимо проложить широкие прямые проспекты. Такая планировка делала традиционную тактику уличных боев неэффективной. Наполеон III стремился исключить любой риск повторения событий 1830 и 1848 годов: новая геометрия города должна была лишить повстанцев возможности возводить баррикады и успешно сопротивляться регулярным войскам.

Каменный арочный мост на Бронкс-Ривер-ПаркуэйДеталь проекта ликвидации железнодорожного переезда на пересечении Saw Mill River Parkway и Tarrytown Road, 1931 год. Визуализация Майкла Рапуано.

В 1929 году американский градостроитель Роберт Мозес спроектировал участок магистрали Southern State Parkway, намеренно занизив высоту каменных эстакад. Это техническое решение сделало невозможным проезд автобусов. Таким образом, доступ к пляжу Джонс-Бич оказался фактически закрыт для малоимущих и цветного населения, которые, в отличие от состоятельных белых американцев, не владели автомобилями и зависели от общественного транспорта. Роберт Каро в своей работе «The Power Broker» прямо указывает на то, что Мозес использовал архитектуру как фильтр. Низкие мосты стали инструментом, ограничивающим посещение государственных парков «нежелательными» классами. Изначально трасса прокладывалась еще в 1925 году на месте старого водопровода, и к 1932 году четырехполосная дорога уже доходила до округа Саффолк. Лишь после военного строительного бума магистраль расширили и спрямили, чтобы адаптировать ее под возросший поток машин и новые скорости, которые не учитывались при первоначальном проектировании.

Предотвращение преступности посредством проектирования окружающей среды

Современная форма этой стратегии городского планирования, основана на философии проектирования, направленной на предотвращение преступности посредством обустраивания окружающей среды. По сути, стратегия заключается в манипулировании застроенной средой для создания более безопасных районов посредством проектирования местности, которое служит сдерживающим фактором для преступности. Примерами могут служить посадка деревьев, устранение путей эвакуации через извилистые улицы, правильное использование освещения, поощрение пешеходного и велосипедного движения, а также поддержание порядка на территории, как это видно в теории «разбитых окон», возникшей в 1980-х годах и основанной на предпосылке, что территории, если их не содержать или забрасывать, привлекают преступность.

Архитектура, направленная против бездомных

Поскольку проблема бездомности перешагнула порог пятого десятилетия, оставаясь острым кризисом как в сельских, так и в городских районах не только США, но также Европы и Азии, выборные лица — вместо вложений в доступное и качественное жилье — инвестируют в архитектуру, направленную против бездомных. Цель таких мер — создание невыносимых условий, которые вынудили бы обездоленных людей переместиться в другие локации.

Инструментарий отчуждения (Типология)

Почему на современных скамейках нельзя лежать

Скамейки в Камдене, Лондон, Англия

Скамейка была заказана городским советом Камдена и разработана компанией Factory Furniture. Передняя канавка предназначена для защиты сумок и кошельков от воров. По словам Фрэнка Суэйна, скамейка в Камдене — это «идеальный антиобъект» благодаря своей способности строго регулировать использование. Из-за своих неровных изгибов скейтбордистам трудно на ней скользить, а людям — лежать; благодаря гладкой поверхности невозможно спрятать нелегальные вещества или выбросить мусор. Скамейка была представлена публике в 2012 году и с тех пор подвергается резкой критике. Наиболее заметным аргументом в пользу критики является то, что она устраняет симптомы социальных проблем (например, бездомность, наркомания, загрязнение окружающей среды мусором), а не их причины.

Наклонные балки в Нью-Йорке, США

Прислоненная скамейка на платформе станции IND Sixth Avenue. Эти конструкции были установлены во время реконструкции станции, проведенной компанией ESI в 2018 году. Это скамейка, на которой нельзя сидеть. Предполагалдось таким образом лишить людей возможности спать в метро и мешать тем самым людям. Однако появление этой скамейкт вызвало негативные отзывы: «Мне интересно, что это такое. Я весь день на ногах… Я бы предпочла скамейки вместо этой наклонной штуковины», — Дорис Гиттенс, медсестра из расположенной неподалеку больницы NYU Langone Hospital-Brooklyn. Опорные перила могут быть достаточны для короткого ожидания, но время между поездами на этой линии печально известно своей длительностью, за что она даже получила прозвище «Линия редких поездов».

Разделенные на секции скамейки в Англии

Скамейки против бездомных на улице Грэнби в Лестере.

Исходный размер 1000x667

«Птичья» скамейка» на Partick station

Исходный размер 3024x2268

Необычные скамейки в Токио, Япония

«Помимо того, что на этой трубчатой скамье невозможно лежать, летом на ней очень жарко, а зимой холодно, что препятствует комфортному отдыху». ©Юмико Хаякава

Платные скамейки в провинции Шаньдун, Китай

В 2008 году немецкий скульптор Фабиан Брунсинг создал скамейку «Плати и сядь» как форму художественного протеста против коммерциализации общественных пространств. Чтобы сесть, пользователи должны вставить 0,5 евро в монетоприемник. Как только отведенное время истекает, из нижней части сиденья поднимаются небольшие шипы, заставляя пользователей пересесть. Разумеется, Брунсинг был ошеломлен, когда сотрудники парка в провинции Шаньдун, вдохновившись его инсталляцией, создали свою собственную версию (настоящих) платных скамеек. Скамейка «Плати и сиди». Шипы слишком малы, чтобы причинить серьезный вред, но достаточно велики, чтобы на них было неудобно сидеть.

Острые углы: Шипы и пирамиды на подоконниках и ступенях как средство против скейтеров и бездомных

Подземные шипы в Гуанчжоу, Китай

Эти бетонные шипы, занимающие площадь почти 200 квадратных метров под шоссе Хуанши, не позволяют бездомным использовать мост в качестве укрытия, местные жители сообщают, что раньше люди собирались под виадуком, но с тех пор были вынуждены покинуть это место. Бетонные зубы появились за одну ночь, ни один отдел или подразделение не взяли на себя ответственность за их появление. «Бетонные опоры под эстакадами и мостами — это пустая трата земли», — говорит Хань Чжипэн, делегат Народного политического консультативного совета Гуанчжоу. Он приводит в пример другие варианты использования этих пространств, такие как автобусные остановки и места для сортировки мусора.

Острые скалы в Аккре, Гана

Валуны на тротуаре в Сан-Франциско, США

В Сан-Франциско Вдоль тротуара было установлено двадцать четыре валуна, чтобы не допустить поселения бездомных. Позже вскрылось, что было собрано и потрачено более 2000 долларов на покупку и установку «украшений против бездомных». Вместо того чтобы инвестировать эти деньги в программы, которые действительно помогают бездомным встать на ноги, они были потрачены на препятствия, перекрывающие часть тротуара для всех пешеходов. Это вызвало общественный шум и после долгих препирательств с городскими властями валуны наконец-то были убраны.

Исходный размер 1621x1074

Металлические шипы, вбитые в ступени вокруг шестого округа Марселя

Во Франции для ограничения свободного использования общественных пространств используются различные материалы и формы. Иногда эти элементы маскируются под искусство, а иногда выглядят явно враждебно. Независимо от их внешнего вида, все они обладают свойством делать пространства менее открытыми и доступными.

Шипы против праздношатания в Мумбаи, Индия

Вдоль фасада этого отделения банка HDFC расположены несколько рядов жестких металлических шипов. Несмотря на заявления банка о том, что они крайне важны для предотвращения праздношатания, местные жители сразу же указали на потенциально катастрофические последствия, если ребенок, пожилой человек или инвалид случайно упадет на шипы. После небольшого возмущения в социальных сетях коврики были убраны. Эти ряды металлических шипов не позволяют людям сидеть, слоняться без дела или лежать перед банком.

Световые и звуковые барьеры

Общественные туалеты с синей подсветкой в Британской Колумбии, Канада//Женщина осматривает свое предплечье в общественном туалете торгового центра Haney Place Mall

Для предотвращения внутривенного употребления наркотиков в общественных туалетах Виктории (город на крайнем западе Канады, столица провинции Британская Колумбия) установлены синие лампы, которые скрывают поверхностные вены. Однако, как показывают многочисленные исследования, наркоманы все равно пытаются делать себе инъекции в туалетах с синим освещением, тем самым увеличивая риск инфекции и повреждения мягких тканей. В более широком смысле синий свет также ставит под угрозу безопасность всех пользователей туалетов, снижая видимость и затрудняя уборку. «Замена обычных лампочек на лампочки синего света никак не помогает наркозависимым и не побуждает их обращаться за помощью» ©Кеандра Крайтон

13 марта 2023, США ЛА, Westlake/MacArthur station

Громкая классическая музыка используется для того, чтобы выгнать бездомных и наркоторговцев со станции Уэстлейк/МакАртур. Прослушивание музыки может успокоить, вдохновить, а может быть, даже «спасти вашу смертную душу», как пел поп-певец 70-х Дон Маклин в своем классическом хите «Американский пирог». Если отбросить в сторону вопрос о спасении душевного равновесия, то музыка — или, если это легкая музыка, фоновая музыка — часто звучит в магазинах и ресторанах, чтобы стимулировать покупки или создать определенную атмосферу. Ее также используют не для привлечения людей, а для их отпугивания.

Если дизайн причиняет боль, можем ли мы всё еще называть это архитектурой для людей?

Идеология «Чистого города» (аргументы ЗА)

Логика порядка

Исходный размер 1582x890

V-Plaza Urban Development, Литва / 3deluxe архитектура

Город — это сложная машина, требующая настройки. Враждебная архитектура здесь выступает не как инструмент агрессии, а как способ эффективного менеджмента пространства. Чтобы город оставался чистым и безопасным для миллионов, он должен ограничивать деструктивное поведение людей.

Экономика чистоты

Городская инсталляция в Бейруте//Фото: Катрина Тринко/The Daily Signal

Вандализм и нецелевое использование (сон на лавках) изнашивают городскую инфраструктуру в 3-5 раз быстрее. Дизайн, предотвращающий злоупотребление пространством, высвобождает бюджетные средства. Эти деньги направляются не на бесконечный ремонт и клининг, а на развитие новых парков и культурных центров.

Дизайн устраняет «теневые зоны»

Проект уличных мест для сидения от компании «MMCITÉ»

Наклонные поверхности и отсутствие ниш лишают криминальные элементы возможности скрыться. Архитектура делает пространство просматриваемым, а значит — психологически комфортным для семей, туристов и добропорядочных горожан.

Скамейки нет совсем — «Призрачные удобства»

Исходный размер 1440x1098

Понятие «призрачные удобства» было предложено Тарой Челлеу, исследовательницей городской среды, для обозначения дефицита базового комфорта в публичных локациях. По мнению Челлеу, отказ от благоустройства мотивируется желанием сэкономить на содержании объектов и пресечь вандализм или «празношатание», однако такие меры в первую очередь бьют по самым незащищенным группам граждан. «Дефицит скамеек, нехватка навесов от солнца и дождя, отсутствие бесплатных туалетов — всё это критически важные элементы, которые делают пространство человекоориентированным», — подчеркивает эксперт. Полное отсутствие инфраструктуры наносит городской среде даже больший вред, чем намеренно неудобный дизайн, но власти зачастую выбирают путь тотального исключения удобств ради сомнительной выгоды.

Право на комфорт

У каждого пространства есть функция. Право на отдых не означает право на ночлег в общественном месте. Транзитная зона вокзала не должна превращаться в ночлежку. Скамья в парке — это место для отдыха, а не для сна. Четкое функциональное зонирование защищает права большинства на качественную среду.

Жертвы дизайна: случайный урон (аргументы ПРОТИВ)

Город для функций, а не для людей

Когда архитектура проектируется как оружие против одной группы лиц, она неизбежно ранит всех остальных. В попытке избавиться от «нежелательных» элементов, город избавляется от самого понятия гостеприимства. Пространства, в которых невозможно находиться долго».

Иллюзия инклюзивности

Исходный размер 2126x1320

Враждебный дизайн игнорирует многообразие человеческого тела. Наклонная опора не заменяет скамью. Для пожилого человека с артритом или женщины на позднем сроке беременности отсутствие возможности полноценно сесть превращает городскую прогулку в полосу препятствий. Архитектура исключения создает среду, доступную только молодым и здоровым.

Эстетика страха

Визуальное загрязнение агрессивными формами. Шипы, решетки и острые камни меняют визуальный код города. Мы привыкаем к языку насилия в дизайне. Пространство, которое транслирует угрозу, перестает быть безопасным психологически.

Вытеснение пустоты

Исходный размер 1024x682

Проблема не решается, а перемещается. Социальная чистка (Social Cleansing) через дизайн лишь прячет симптомы болезни. Шипы под мостом не дают дома бездомному, они лишь заставляют его искать убежище в подъездах жилых домов. Это отказ города от диалога с реальностью.

Контрдизайн и тактический урбанизм

Городская среда — это не статичная декорация, навязанная сверху, а живой диалог. Когда архитектура начинает диктовать запреты, жители отвечают креативным неповиновением. Тактический урбанизм превращает «враждебные» объекты в поле для художественного и социального высказывания. Мы возвращаем себе право на комфорт.

Yarnbombing

Yarnbombing — «бомбардировка пряжей») — вид уличного искусства, при котором люди украшают окружающие предметы вязаными или плетёными изделиями. Впервые движение возникло в 2005 году в США, в городе Хьюстон. Основательница движения — Магда Сэйег, владелица магазина пряжи. В то время как другие формы граффити могут быть выразительными, декоративными, территориальными, социально-политическими комментариями, рекламными или вандалистскими, изначально «вязание из пряжи» было почти исключительно связано с возвращением и персонализацией стерильных или холодных общественных мест. С тех пор оно развилось, и по всему миру появились группы, занимающиеся вязанием и плетением граффити, каждая со своими целями и реализующие публичные проекты по вязанию граффити.

Проект «Monster Benches»

Проект «Monster Benches» (Скамейки-монстры), авторы: Сестры Лорна и Джилл Уотт (Lorna and Jill Watt), работающие под псевдонимом Knits for Life. Инсталляция была установлена в Сан-Франциско перед зданием Ferry Building (паромный вокзал) в апреле 2014 года. Вязаные чехлы на шипах или разноцветные подушки на бетонных блоках не просто делают объект удобным — они делают его абсурдным. Искусство обнажает жестокость архитектуры, превращая зону отчуждения в зону тепла.

защитные столбики в Японии, украшенные вязаными чехлами в виде розовых кроликов

«Space, Not Spikes»

Фото: Эрик Кабанис

В связи с этим художники Лондона провели акцию «Space, Not Spikes» (Место, а не шипы). Они положили на поверхность, защищенную шипами, матрас, постельное белье и подушки, а рядом поставили полку с книгами.

Проект «Archisuits» Сары Росс

Сара Росс выразила свое несогласие с этой проблемой в сатирическом акте неповиновения. Она разработала четыре светло-голубых спортивных костюма, каждый из которых имеет избыточные объемы ткани, плотно облегающие непривлекательное пространство скамеек, заборов и фасадов зданий. Объясняя концепцию своего подхода, художница пишет: «Костюмы позволяют носителю вписаться в конструкции, предназначенные для того, чтобы отгородить его от них. Проект указывает на архитектуру как на инструмент закона, форму, которая использует рукотворную среду для контроля и надзора за телами, принадлежащими к определенным расам, классам и гендерам. Костюмы Archisuits предполагают, что человек может сопротивляться не только своим присутствием, но и присутствием комфортно и непринужденно». Это одна из самых известных визуализаций. Художница создала серию спортивных костюмов со специальными мягкими вставками. Их форма идеально повторяет негативное пространство враждебных объектов (например, зазоры между поручнями на скамейках), что позволяет человеку лежать на них абсолютно ровно.

Уличная мебель Оливера Шоу

Гамбургский художник Оливер Шоу выступил против коммерциализации улиц, где прохожим негде присесть. Его лозунг: «Позвольте им сидеть и они придут». С помощью ярких желтых конструкций из дешевых и стойких дренажных труб он создал в сером Гамбурге новые зоны отдыха. Оливер не просто делает мебель, а проводит социальный эксперимент. Он считает, что современный человек заперт в цикле «дом — работа» и разучился просто бывать на улице. Несмотря на недовольство полиции, проект по возвращению города людям получил премию фонда HFBK Leinemann и продолжает развиваться.

Заключение: Дизайн для людей или против них?

Исследование показало, что современная городская среда стала полем невидимой битвы за пространство. Враждебная архитектура — это материализованный кризис доверия между городом и его жителем. Архитектурные элементы (шипы, наклоны, разделители) превратились из утилитарных объектов в инструменты социальной сегрегации. Они физически запрещают то, что не запрещено законом, делая среду избирательно враждебной. Аргументы «за» на поверку оказываются борьбой с симптомами. Враждебный дизайн не решает проблему бездомности или вандализма, он лишь «выдавливает» их в соседние дворы, лишая общественные пространства их главной функции — инклюзивности. Главный парадокс в том, что архитектура не может бить точно в цель. Создавая барьер для одного, она ранит каждого: пожилого человека, которому негде присесть, или прохожего, который вместо уюта видит «эстетику зоны».

Враждебная архитектура — это признак неудачи социального проектирования. Истинная безопасность города создается не шипами, а наполненностью пространства людьми. Город будущего должен выбирать дизайн, который приглашает к диалогу, а не выталкивает. Там, где заканчиваются запреты, начинается пространство для жизни.

Библиография

Design Against Humanity, Hostile Architecture paper 2023 file:///C:/Users/User/Desktop/%D0%92%D0%98/%D0%BB%D0%B8%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%82%D1%83%D1%80%D0%B0/Design-Against-Humanity_Hostile-Architecture-paper-2023-for-web.pdf (дата обращения: 12.02.26)

https://archup.net/hostile-architecture-design-or-discrimination/ (дата обращения: 12.02.26)

https://www.dailynews.com/2023/03/15/an-anti-homeless-play-list-classical-music-at-la-metro-subway-station/ (дата обращения: 12.02.26)

https://www.designboom.com/art/sarah-ross-archisuits-project-los-angeles-11-03-2022/ (дата обращения: 05.04.26)

https://en.wikipedia.org/wiki/Yarn_bombing?ysclid=mnlw3pfktf535305527 (дата обращения: 05.04.26)

https://gromozeka-satan.livejournal.com/36884.html?ysclid=mnlwsg0vgj844318861 (дата обращения: 05.04.26)

Voices of Youth: Detroit teen dives into the history of hostile architecture; Model D https://modeldmedia.com/VOYNyla/ (дата обращения: 05.04.26)

https://www.charleston-sc.com/miles-brewton-house.html#: ~:text=Currently%2C%20the%20home%20is%20not, tumultuous%20role%20in%20American%20History. (дата обращения: 05.04.26)

Hostile Design Won’t Stop Homelessness. It Just Makes Us All Uncomfortable; Honolulu Civil Beat https://www.civilbeat.org/2022/11/denby-fawcett-hostile-design-wont-stop-homelessness-it-just-makes-us-all-uncomfortable/ (дата обращения: 05.04.26)

10.

Hiding homelessness through hostile architecture only hurts the community; The Diamondback https://dbknews.com/2021/10/19/hostile-architecture-homeless-city-planning-community/ (дата обращения: 05.04.26)

11.

Homelessness Maltreatment — Hostile Architecture; Love Without Wall https://www.lovebeyondwalls.org/homelessness-maltreatment-hostile-architecture/ (дата обращения: 05.04.26)

12.

Washington, Seattle spending $1.1M to fence off highways and bridges from the homeless; Seattle Times https://www.seattletimes.com/seattle-news/transportation/washington-seattle-spending-1-1m-to-fence-off-highways-and-bridges-from-the-homeless/ (дата обращения: 05.04.26)

Источники изображений

https://commons.wikimedia.org/wiki/File:Charleston_-_Miles_Brewton_House.jpg (дата обращения: 12.02.26)

https://commune1871.livejournal.com/3897.html?ysclid=mljo57ave7719342079 (дата обращения: 12.02.26)

https://www.bloomberg.com/news/articles/2017-07-09/robert-moses-and-his-racist-parkway-explained (дата обращения: 12.02.26)

https://www.re-thinkingthefuture.com/designing-for-typologies/hostile-architecture-anti-homeless-architecture/