Саунд-арт в фешн-индустрии

В этот раз своё визуальное исследование я решил посвятить не чему-то, что открыл для себя совсем недавно, влюбился и теперь не могу перестать говорить об этом. А тем вещам, которым я посвятил уже довольно много времени и которые уже стали частью моей жизни.

Звук и тряпки.

С этими двумя явлениями мы сталкиваемся ежедневно. С самого начала дня нас будит звук будильника, лай собак на улице или сосед, делающий ремонт. Каждый день мы выбираем, в чём пойти на работу, в институт или даже просто выйти в магазин.

Но своё визуальное исследование я хочу посвятить не бытовым аспектам этих вещей. В нём мне хотелось бы рассмотреть явление саунд-арта в контексте фешн-индустрии. Мне кажется интересным посмотреть на саунд-арт как на полноценный элемент фешн-коммуникации, а не как на простое дополнение к визуальной части показов, кампейнов, фильмов и других проектов.

Важно разделять понятия обычного музыкального сопровождения и саунд-арта. Чаще всего музыка в показах или рекламных видео используется как способ поддержать настроение, ритм происходящего или эмоционально усилить изображение. Так, использование популярного трека например в фешн-фильме может работать как узнаваемый культурный код или просто задавать необходимую атмосферу.

Саунд-арт же работает иначе. В нём звук становится самостоятельным художественным инструментом и частью общей концепции проекта. Здесь важна не только музыка, но и шум, тишина, искажения, голос, дыхание, механические или другие доступные звуки. В некоторых показах звук может создавать ощущение тревоги, пустоты или напряжения ещё до того, как зритель успевает рассмотреть одежду.

Например, в шоу Alexander McQueen звук часто становился частью театрального высказывания и драматургии показа, а в проектах Maison Margiela шум, искажение и тишина нередко используются как продолжение деконструкции.

На этом этапе становится интересно, какими приёмами и средствами пользуются художники по звуку, когда начинают работу над композицией для шоу или рекламной кампании, чтобы передать зрителю определённые смыслы и эмоции. И как звук постепенно становится одним из ключевых элементов всей этой коммуникации.

Для анализа будут использованы записи показов модных домов, видео кампейны и фешн-фильмы на примере которых можно будет проследить момент когда саунд-арт уже становится чем-то большим во всем этом.

Одним из самых важных и интересных направлений исследования становится работа со звуком в рамках модных шоу. Во многих современных показах звук уже давно перестал быть просто фоновым музыкальным сопровождением. Всё чаще дизайнеры и художники по звуку используют шум, тишину, искажения, человеческие голоса, индустриальные звуки и различные аудиоэффекты для того, чтобы создать определённое эмоциональное состояние у зрителя.

Показ Александра Маккуина Весна/Лето 2001 «Восс» — один из самых интересных примеров того, как звук в фешн-индустрии может стать полноценной частью шоу.

Первая важная часть — интро и звуки закулисья. Здесь мы слышим гул, шорохи, звуки движения. Я бы назвал это своеобразной настройкой/подготовкой зрителя на все что он увидит дальше.

Во второй части шоу звук становится намного более агрессивным. Появляется электронный голос, странный гул из человеческих голосов и криков, искажённые, сломанные звуки и индустриальные шумы. Звук начинает давить и создавать ощущение тревоги и хаоса.

Самая сильная часть всего показа — кульминация со звуком сердцебиения и медицинского аппарата. Ритм композиции постепенно сливается и трансформируется в медленное биение сердца. Сменяется он монотонным звуком, который начинает ассоциироваться с больницей или реанимацией. В конце остаётся только звук остановки аппарата.

Показ начинает восприниматься уже не как фешн-шоу, а как полноценный перформанс. Именно через звук Маккуин создаёт у зрителя чувство тревоги, дискомфорта и уязвимости, с которым он остается уже наедине.

Показ Скиапарелли Осень-зима 2026–27 — Парижской недели моды — это пример того, как звук в шоу работает как инструмент управления восприятием. Здесь звук напрямую влияет на то, как движутся модели, как воспринимается одежда и как меняется общее состояние зрителя.

Звук — «режиссёр». Уже с самого начала заметно, что ритм задаёт темп всему показу. Музыка не просто сопровождает выход моделей, а буквально диктует скорость их походки и паузы между выходами. Думаю в случае этого показа звук становится главным ориентиром и элементом контроля перформанса.

Далее интересным наблюдением стало развитие звука в связке со всей визуальной частью показа. В начале показа звук высокий, быстрый и очень ритмичный. Острый. Он идеально сочетается с тем что происходит на подиуме. Там преобладают светлые оттенки одежды — песочные, молочные, бежевые. Возникает ощущение чистоты и открытости, но при этом с внутренним напряжением.

По мере развития показа звук начинает меняться: он становится ниже, плотнее и тяжелее. Ритм замедляется, появляется ощущение давления и глубины. И очень важно, что вместе с этим меняется и сама коллекция — одежда становится темнее, появляются тёмные оттенки и в финале чёрный цвет.

Подумал о том что звуковое сопровождение буквально перекрашивает коллекцию.

Показ Ушатава осень-зима 2024–2025 — более минималистичный, но очень точный пример того, как звук может работать как часть концепции показа и усиливать ощущение пространства.

В этом кейсе звук строится не через классическую музыку, а через сочетание голоса, гула и эффекта «трансляции». Одним из ключевых элементов становится читка стихов. Думаю важно, что это не звучит как записанный заранее трек — создаётся ощущение, что текст читается в реальном времени и усиливается системой громкоговорителей.

Первым кейсом в этой главе станет не совсем самостоятельный кампейн, а промо выложенного до показа Мюглер осень-зима 2026–27.

Ролик становится примером того как саунд-дизайн может работать как самостоятельная художественная среда, ещё до самого показа, задавая его эмоциональный и визуальный код.

В основе звуковой концепции здесь лежит многослойная аудиосреда, собранная из очень «бытовых», но сильно искажённых звуков. Главный слой — это низкий гул. Поверх этого слоя появляются звуки электрических приборов: щелчки, статические помехи, механические импульсы. Они звучат холодно и немного агрессивно, создавая ощущение технологической среды, где человек скорее наблюдатель, чем участник.

Ещё один слой — шёпот и деформированный голос. Он не воспринимается как речь в полном смысле. Скорее это фрагменты фраз, дыхание, обрывки слов.

Кампейн и показ Прада осень–зима 2021 женская коллекция с саунд-дизайном от проекта Пластикман (Ричи Хоутин) — один из самых цельных примеров того, как звук может быть встроен в модный проект не как сопровождение, а как равноправная часть концепции.

В первой части звучания это сдержанная электронная структура: низкий эмбиент, приглушённые техно-ритмы и повторяющиеся петли, которые создают ощущение пустого архитектурного пространства и задают холодную, почти медитативную атмосферу. По мере развития звук становится плотнее и более ритмичным.

В результате звук напрямую влияет на восприятие коллекции: он не просто сопровождает показ, а формирует его темп.

Коллекция Эльзы Скиапарелли «Музыка» 1939 года — один из ранних примеров того, как звук и музыка переносятся из нематериального опыта в саму одежду. Здесь важна не попытка «сопроводить» моду музыкой, а именно сделать музыку визуальной и материальной частью вещей.

Скиапарелли работает с музыкальными мотивами как с графическим и предметным языком: на тканях появляются вышивки в виде нот, музыкальных знаков, орнаментов, а сами силуэты и аксессуары отсылают к инструментам и музыкальной культуре.

Ключевой момент коллекции — превращение одежды в объект, который буквально «содержит» звук.

Фешн-шоу Коперни с Беллой Хадид и платьем, созданным прямо на теле из спрея, — это пример того, как звук может быть связан не только с показом одежды, но и с самим процессом её создания. Здесь важно то, что одежда перестаёт существовать как заранее готовый объект и начинает создаваться в реальном времени. Прямо перед зрителем.

Сам процесс создания платья становится физическим и звуковым перформансом. Звук аэрозоля, работа оборудования, распыление материала и реакция пространства вокруг превращаются в отдельный аудиальный слой.

По ощущениям, в рамках этого исследования можно увидеть, что звук в фешн-индустрии постепенно выходит за пределы роли сопровождения и становится полноценным инструментом художественной коммуникации. В разных кейсах он работает по-разному: как средство управления ритмом и движением, как способ создания эмоциональной атмосферы, как элемент, встроенный в саму одежду или даже как часть процесса её создания. Саунд-арт в моде объединяет показ и пространство в единую систему, где звук начинает влиять на восприятие не меньше, чем визуальная часть.

По-моему вау!