От «Béton brut» к стилю

Ле Корбюзье (1887–1965) часто ставят у истоков тех приёмов, которые позже станут ассоциироваться с брутализмом.

Заинтересовавшись геометрией, стандартизацией и индустриализацией, в 1925 году Ле Корбюзье предлагает свой проект реконструкции центра Парижа – "Plan Voisin." [Winchip, 2010, 182]

В логике проекта центральные кварталы предполагалось «очистить» через снос трущоб и плотной застройки и заменить их новым деловым ядром, выстроенным по принципам рационального зонирования и крупного масштаба. [Susik, 2008]

"Мне хотелось бы, чтобы читатель силой воображения постиг, что представляет собой этот новый тип города, построенного в высоту; чтобы он представил себе, как теперешний город, наросший на земле, словно сухая корка, соскабливается, удаляется и на его месте встают чистые, как кристалл, стеклянные призмы 200-метровой высоты, далеко отстоящие одна от другой и окруженные зеленым массивом парков. Город, который прежде стлался по земле, вдруг поднимается и приобретает невиданную доселе гармонию и непринужденность." [Корбюзье, 1924, 158]

"Этот проект, состоящий из нескольких крестообразных небоскребов высотой в 60 этажей, ступенчатых зданий, вилл и городов-садов, не ставил перед собой цель «преодолеть существовавшее положение дел, а прийти путем построения строгой теоретической структуры к формулированию фундаментальных принципов современного урбанизма"» [Ле Корбюзье, 1924, 158]

"Plan Voisin" подвергся широкой критике и не был реализован, однако его идеи развивались в следующих проектах Корбюзье.

В 1947–1952 годах был построен дом "La Cité Radieuse", вошедший в серию "Unite d'Habitation". Корбюзье предложил ответ на задачи послевоенной реконструкции, создав модель «вертикального города» с жильём и встроенными общественными функциями в одном объёме. В этом проекте Ле Корбюзье сознательно фиксирует материал как факт строительства: бетон выполняется как "béton brut de décoffrage", со следами опалубки и логикой производства на поверхности, и демонстративно отказывается от модернистской «стерильной» гладкости в пользу читаемой конструкции и «честности материала» [Banham, 1966, 202]

Целью при создании "Unite d'Habitation" было “обеспечить тишину и уединение перед солнцем, простором и зеленью в доме, который станет идеальным вместилищем для семьи” [Winchip, 2010, 203]

Модернистская архитектура начала 50-х годов демонстрирует элементы, ставшие основой философии брутализма. Более поздние работы Корбюзье и ранние работы Миса ван дер Роэ и Луи Кана хоть и не причисляют к раннему брутализму, но во многом становятся источником вдохновения для основателей движения.

Термин «брутализм» связывают со словом «nybrutalism», которое в 1950 году впервые упомянул шведский архитектор Ханс Асплунд, прокомментировав "Villa Göth" Бента Эрдмана и Леннарта Холма. Видимые двутавровые балки над оконными проёмами на фасадной и тыльной сторонах дома являются примером того, как выбор материалов открыто демонстрируется в доме.

Термин "новый брутализм" впервые используется в статье Элисон и Питера Смитсонов 1953-го года, архитекторов из Англии, положивших начало развитию брутализма в архитектуре.

В 1953 году Элисон и Питер Смитсоны спроектировали для себя дом на участке уплотнительной застройки на Колвилл-плейс в районе Сохо в Лондоне, на территории, подвергшейся бомбардировкам во время войны. Столкнувшись с повседневной реальностью послевоенной Англии, Смитсоны решили принять заданные условия, условия «общества, у которого ничего не было». Концепция предполагала сохранить существующую городскую ткань без каких-либо изменений и использовать строительные материалы в их неприкрытой обыденности. Архитекторы приняли то, что называли эстетикой “as found”: взгляд на прозаическую реальность такой, какова она есть. [Smithson, A.; Smithson, P., 1953, 342]

При создании домов Смитсоны вдохновлялись работами Ле Корбюзье и Миса ван дер Роэ: им удалось совместить монументальные скульптурные формы и необработанный бетон Корбюзье и стекло и сталь, часто используемые Роэ. [Britannica Editors]

Для Смитсонов брутализм (хотя они и использовали термин «новый брутализм») был меньше связан с внешним видом здания и больше с возвращением к функционалистским принципам – в инженерных системах, материалах и конструкции. [Britannica Editors] Например, школа в Норфолке демонстрирует намеренное избегание изящества и элегантности, в которой такие конструктивные элементы, как стальные балки и сборные железобетонные плиты, выставлены напоказ и передают строгую, аскетичную прямолинейность.

Если у Смитсонов «новый брутализм» формируется как практическая позиция и метод работы с послевоенной реальностью, то у Рейнера Бэнема он становится оформленной категорией профессионального языка. Бэнем важен не как «бруталист-архитектор», а как критик и историк, который зафиксировал, структурировал и распространил «новый брутализм» как осмысляемое направление в поле послевоенной архитектуры. [Banham, 1955, 356]