Георгий Гурьянов: от ударной установки к вертушкам

Рубрикатор:

1. Концепция
2. Барабанщик группы «Кино»
3. «Новые художники» и «Поп-механика»
4. Первые рейвы Ленинграда
5. Палочки против винила
6. Диджеинг как продолжение живописи
7. Заключение
8. Библиография

Георгий Гурьянов — советский и российский рок-музыкант и художник, известный под псевдонимом Густав. Барабанщик, аранжировщик и бэк-вокалист группы «Кино», позже вошедший в состав объединения «Новых художников», также принимавший участие в группе «Поп-механика». А в конце 80-х и вовсе уделяет внимание новому клубному движению и организовывает первые рейвы Ленинграда. Однако, помимо этого, еще и известный своим художественным творчеством.

В данном исследовании рассмотрим фигуру Георгия Гурьянова не как историческую личность, а феномен переключения режимов. Как один и тот же человек овладевает двумя, казалось бы, совершенно разными музыкальными практиками. Как от позиции барабанщика в рок-группе он перешел к культуре рейвов и диджейским вертушкам. Акцент делается на структуре самого перехода, как ударная установка — навык живой музыки, трансформируется в искусство монтажа готовых музыкальных фрагментов. Георгий Гурьянов пример того, как необходимо услышать и следовать своему творческому «я» сквозь время и инструменты. И на это несомненно повлияло его художественное образование и увлечением искусством.

Цель исследования выявить и проследить механизм метаморфозы музыканта в начинающего диджея. Изучить как менялась музыка и запросы публики в 80–90-е годы. Гурьянов не менял профессию, он находился в музыке всю свою жизнь. Он лишь следовал за временем развивался вслед за трендами и создавал свои. Георгий с самого начала выделялся и шел по своему пути. Он, будучи за барабанной установкой, всегда играл стоя. Музыкант предстает в образе маскулинного романтика, который создает свою реальность. Так и переход к рейв вечеринкам и диджейскому направлению был не случайным. Его окружали люди из этой сферы. Гурьянов работал с готовыми формами, компонуя их в новое единое целое. Его увлечение искусством и многие работы также напрямую перекликались с новым направлением того времени.

Исследование направлено на наблюдение пути музыканта, как от агрессивной мышечной работы ударником Густав переходит к холодной операторской работе. Однако у всего этого есть одно общее помимо музыки — это ритм и структура. И там и там важно чувствовать, важно выражать себя и создавать новое.

В ходе работы в качестве текстовых источников будут рассмотрены статьи-интервью с музыкантом и художником, различные публикации, книги, в том числе о самом Гурьянове и воспоминания современников. Визуальными источниками выступят фильмы, клипы музыкальных групп, архивные фотографии. По мимо этого будут задействованы музыкальные материалы.

В 1982 году Георгий познакомился с Виктором Цоем, а уже с 1984 стал барабанщиком, аранжировщиком и бэк-вокалистом группы «Кино». За барабанами он пробыл до 1990 года, до гибели самого Цоя, но время в группе стало важным этапом в творчестве Гурьянова. Он научился работать с людьми в союзе, стал публичным человеком. Но ключевым является то, что барабанщик всегда играл стоя. Все привыкли, что обычно музыкант скрыт за аппаратурой, он как-то невидим для публики. Георгий же наоборот стремился быть услышанным, замеченным. Кроме того, стоячее положение он заимствовал у западных исполнителей, вроде Duran Duran, которых любил и подражал.

«Кино» — романтическая группа на базе панка. Она отражала самого Гурьянова, в каждой песне была свобода. Для Густова, такой псевдоним появится чуть позже, барабаны были не просто инструментов, они стали неким элементом шоу, продолжением стиля и тела. Обучение живописью так же сыграло свою роль. Палочки для музыканта были как кисть, как продолжение руки, но при этом чувствовалась железная мужская хватка.

Видео на песню группы КИНО «Видели ночь», снятое Джоанной Стингрей и её сестрой Джуди-Анн Филдс для рекламной кампании альбома «Red Wave» в конце 1985 — начале 1986 годов.

Вместе с Цоем Гурьянов присоединился к «новым художникам», группе Тимура Новикова. Художников объединяла идея «ноль-культуры», то есть поиск сути за общепринятыми смыслами. Участники отдавали предпочтения классическим формам искусства, но при этом придавали им новое содержание, так Гурьянов увлекся неоакадемизмом. Искусство и музыка всегда присутствовали в его жизни и в 90-е за ним окончательно закрепился образ маскулинного романтика, такого строго юноши.

По мимо этого, «Новые художники» сотрудничали с «Поп-механикой» Сергея Курехина. Гурьянов участвовал в группе и как барабанщик и вокалист. А в 80-е годы Густав начал сотрудничать с ребятами в области электронной музыки, дуэтом «Новые композиторы».

Молодой человек часто путешествовал, и посещение Риги вместе с Курехиным и Новиковым не стало исключением. Именно там они встретили берлинского диджея Вестбама, который был приглашен участвовать в группе «Поп-механика».

В начале 1990-х Георгий Гурьянов становится одним из организаторов первых рейвов в Ленинграде. Первая вечеринка прошла 1991 году, где Гурьянов вместе с братьями Хаас и Мишей Вороном пригласили диджея Яниса Крауклиса из Риги и Вестбама из Берлина.

Чуть позже ребят зовут в Москву в павильон «космос» на ВДНХ. Это рейв вечеринка называлась «Гагарин party».

Приехав на вечеринку в Москву, компания парней ожидала около 1000 посетителей, но в итоге пришло 3000.

Таким образом, «Гагарин party» послужило началом эпохи масштабных вечеринок. После этих двух тусовок все, что считалось андеграундом становится массовым. В ленинграде центром нового движения стал клуб «Танцпол» на Фонтанке. В нем звучало и техно, транс и хаус, здесь диджеи играли на настоящем виниле. Гурьянов оказался в центре этого движения и как музыкант и как художник. Такие пространства предназначались скорее для своих. Танцполы были заполнены художниками, модельерами, музыкантами. Стены украшались картинами, в том числе и работами самого Густава. В то время стиралась граница между диджеем, художником, между звуком и изображением. Все было единым целым.

Георгий Гурьянов был и барабанщиком, и художником, однако после распада «Кино» перестал быть барабанщиком и ударился в живопись совместно с рейв вечеринками, что стали набирать оборот. Диджеинг обретал популярность, умение обращаться с винилом было новшеством. Уже с середины 1990-х и сам Гуров начал отыгрывать диджей-сеты.

По сути, сменив палочки на винил Гурьянов сохраняет себя как видимый объект. Остается и тактильность. Если как барабанщик он взаимодействовал с аппаратурой, применяя силу и чувствуя ритм, то с винилом удары сменяются касаниями, но уловить ритм и нужные моменты становится еще более важно. Музыка с живой сменяется на умение сводить уже готовую, придавая ей новый смысл и звучание.

Гурьянов на протяжении своего творчества переключался с рока на электронику, переплетал музыку и живопись. Механика диджей-сета стала для музыканта продолжением искусства. Как художник он работает с пустым холстом, а как диджей с тишиной. И туда и туда он привносит что-то новое, будь то фигуры и краски или пластинки и темп. В этих двух мирах идет работа с готовыми элементами, которые надо уметь почувствовать. И Гурьянов это понимал и осознавал, что это продолжение его самого.

На протяжении всей жизни Гурьянов развивал и совершенствовался в одном деле. Каждое его действие, каждое увлечение было продолжением уже существующего. За вертушками Гуров сводил треки с такой же точностью и крепкой рукой, с какой держит кисть. В живописи и музыке он создавал идеальный мир, отражал себя, наслаждался, в диджей сете он выстраивает из готовых пластинок четкий и чистый поток.

Вслед за тенденциями мира менялась и деятельность художника плавно и естественно, как будто он был рожден для этого.

Переход от рока к электронике, от живой музыки к диджей-сету, от авторского исполнения к пост продукции — это все, что происходило на рубеже 80-90-хх годов. И это именно то, что происходило с Георгием Гурьяновым. Он всегда оказывался в эпицентре и всегда был к этому готов.