Линза безвременья: анализ сходства Эдварда Уэстона и Роберта Мэпплторпа

«Фотограф изолирует и сохраняет момент времени: важный или незначительный, зависит от понимания темы фотографом и его мастерства.» Так говорил один из известных американских фотографов-новаторов, известный своим значительным вкладом в модернистскую фотографию — Эдвард Уэстон.

«Я пошел в фотографию, потому что мне показалось, что это идеальное средство, чтобы комментировать безумие сегодняшнего существования.» А это слова Роберта Мэпплторпа — американского фотографа, известного своими провокационными и противоречивыми работами.

Кажется, что у этих двух фотографов нет ничего общего, не так ли?

Однако, если мы отбросим все особенности разных формулировок и вынесем основную мысль, то она будет заключаться в одном: «Фотография — это возможность запечатлить эпоху или какую-то историческую ценность, важную для фотографа.»

Именно таким образом, мы будем проводить анализ сходства творческой сферы двух знаковых фотографов — Эдварда Уэстона и Роберта Мэпплторпа. В исследовании мы будем стремиться увидеть скрытые нити, связывающие их, казалось бы, несопоставимые произведения.

Несмотря на то, что они работали в разные эпохи и имели разные стилистические подходы, оба художника оставили неизгладимый след в мире фотографии. «Линза безвременья» осветит общие черты, лежащие в основе творчества Уэстона и Мэпплторпа, предлагая тонкое понимание их общих влияний, тем и художественной философии.

Основная гипотеза этого исследования заключается в том, чтобы наглядно проследить, как два совершенно незнакомых друг с другом фотографа, имеющие столь разные позиции и идеологии в своих работах, могут быть настолько схожими в фототехнике своего исполнения.

Чтобы добиться ответа на это утверждение, мы будем проводить обширный анализ их фотографий, который будет базироваться на сравнительном анализе эстетических решений двух фотографов, их технических и фотолабораторных техниках, формах и способах передачи объекта съемки, а также, концепции и идеологии жанра ню в их фотографиях.

I. Эдвард Уэстон и Роберт Мэпплторп: концепция

II. Анализ сходств

I.) Использование черно-белой фотографии

II.) Акцент на форме и композиции

III.) Исследование света и тени

IV.) Портретная съемка

V.) Скульптурная эстетика

VI.) Макросъемка и ее особенности

VII.) Исследование человеческой формы

III. Итог анализа

IV. Библиография

Фотографы были известны своими черно-белыми фотографиями.

И Уэстон, и Мэпплторп использовали черно-белую фотографию, чтобы подчеркнуть эстетические качества своих объектов, будь то природные формы, пейзажи или человеческое тело.

Монохромная палитра позволила им сосредоточиться на форме, текстуре и композиции, не привязываясь за цветовой диапозон. Это помогло создать изображения, которые до сих пор славятся своими художественными и вневременными качествами.

Об этих же особенностях говорит и Тим Тэйлор, один из фотографов нашего времени, в 2011 году.

В этом отрывке он рассуждает об одной из работ Уэстона— «Лук», и приходит к общему выводу о важности использовании монохромного формата для более яркого выражения текстур и форм объекта съемки:

«Выбор использования черно-белого изображения для этой работы великолепен, потому что он делает лук обманчивым. То, как он составлен, дает точное представление о том, как он растет как над землей, так и под землей. Форма стебля изогнута и почти похожа на цветок, вырастающий из семени. Благодаря текстуре изображения и интересным узорам, мы видим, что он мягок, но на самом деле, лук грубый и морщинистый. Я бы сказал, что он освещен по крайней мере одним источником света, который сфокусирован на нижней половине, поскольку свет переходит в тень, когда вы смотрите на изображение вверх.»

Также, одна из примечательных фишек монохрома в работах Уэстона и Мэпплторпа — использование высокого контраста.

Это создавало ощущение драматизма и напряженности, особенно в портретах и ​​исследованиях человеческих форм. Яркая игра света и тени усиливала визуальное воздействие фотографий.

Оба фотографа уделяли пристальное внимание к форме и композиции, занимались тщательным оформлением объектов съемки для получения, с одной стороны, — эффектных, с другой — задумчивых изображений.

В создании композиций фотографы использовали различные линии, формы и геометрические элементы. Основная особенность состояла в формировании образов на основе геометрии и баланса композиции. Для выделения трехмерных объектов, фотографы пользовались акцентом на светотень.

Интересно отметить, что в работах Уэстона можно было видеть органические формы, скомпонованные с чувством геометрии, в то время как в изображениях Мэпплторпа, в частности в портретной живописи, отслеживалось формальное, а иногда и симметричное расположение человеческого тела.

Еще одна особенность творчества Уэстона и Мэпплторпа состояла в создании сбалансированных композиций на основе симметрии и гармоничного расположения в кадре: как в случае природных объектов, так и человеческих форм.

Оба фотографа искусно пользовались инструментами создания света и тени в своих работах. Взаимодействие света и тьмы создавал глубину, подчеркивало детали и контуры объектов.

Фотографии Уэстона и Мэплторпа отличались тональным диапазоном с акцентом на свет и тень, таким образом для подчеркивания трехмерности объектов.

Сильные контрасты между светом и тенью позволяли четко определить формы предметов, создавая визуально убедительный и динамичный эффект.

Использование света помогало раскрыть текстуру и форму в замысловатых деталей, запечатленных в природных формах, пейзажах или человеческом теле. Так, манипулируя светом, они выделяли мелкие детали, показывая сложность своих объектов.

Интересно наблюдать, как Мэпплторп, находясь под влиянием классического искусства, часто подходил к человеческому телу со скульптурным качеством. Его использование света и тени подчеркивало контуры тела, перекликаясь с приемами классической скульптуры.

И такой же подход можно заметить в работах Уэстона к природным формам, и это помогало раскрыть скульптурные особенности изображений посредством освещения.

Что касается их монохромного формата, Уэстон и Мэпплторп практиковались над использованием широкого тонального диапазона в черно-белых фотографиях. Использование света и тени помогало выявить тонкие градации тонов, способствуя выделению общей текстуры и глубины изображений.

Также, немаловажно отметить тот факт, что Уэстон и Мэпплторп, несмотря на использование контролируемого студийного освещения, высоко ценили качество естественного света.

Уэстон, в частности, был известен своим мастерским использованием естественного света на открытом воздухе, улавливая игру солнечного света и теней на своих объектах.

Оба фотографа занимались созданием особенных портретных работ. Например, Уэстон снимал портреты разных людей, в том числе известных художников, а Мэпплторп был известен своими портретами знаменитостей, художников и членов сообщества ЛГБТК+.

Главная схожесть их портретных работ — использование студийного формата фотографирования.

За счет того, что Уэстон и Мэпплторп часто работали в студии, они могли точно контролировать освещение и другие элементы своих композиций. Такая среда способствовала созданию формального и изысканного характера получаемых фотографий.

В большинстве своем, в их работах можно увидеть преобладание акцента на определенном объекте, в частности, на человеческом образе.

Авторы работ часто использовали в своих портретах формальные и сдержанные композиции, располагая объекты в кадре, что создавало ощущение баланса и симметрии. Портреты Мэпплторпа, в частности, демонстрируют сильное чувство классической эстетики и формализма.

Помимо композиции, оба фотографа акцентировали внимание деталям. Запечатлевая морщины на лице или игру света на коже, они стремились передать высокий уровень детализации, и это помогало добавлять глубину и сложность их портретам.

Для передачи своим портретам эстетики, скульптурности и вневременности, Уэстон уделял внимание органическим формам своих персонажей, а Мэпплторп черпал вдохновение в классической скульптуре для создания портретов, обладающих непреходящей и культовой привлекательностью.

У обоих фотографов можно проследить личную глубину пространства в портретной живописи.

Портреты Уэстона, в том числе членов его семьи, формируют тесную связь наблюдателя с объектами изображений. Портреты друзей, знаменитостей или автопортреты Мэпплторпа часто передают ощущение близости и личного знакомства с персонажами фотографий.

Работы Уэстона и Мэпплторпа часто излучают ощущение скульптурной красоты.

У фотографов была склонность к абстрактным формам в своих работах. Они сосредотачивались на выделении внутренней красоты своих объектов, создавая необычные сочетания форм и линий в своих работах.

Естественные формы Уэстона и сюжеты Мэпплторпа, будь то ботанические или человеческие, часто выглядели рельефными и утонченными, подчеркивая присущую каждому предмету красоту и форму.

Используя свои основные принципы, которые мы обсуждали ранее, они воссоздают картину, образующую свежий и необычный взгляд, на которой обычные объекты выглядят совершенно неожиданно и непривычно для нашего глаза.

Они начинают сочетать в себе эстетичную и трехмерную образность, образуют ощущение тактильности и конечно, вызывают желание прикоснуться и изучить предмет съемки.

И Уэстон, и Мэпплторп были технически опытными фотографами, которые понимали тонкости своего оборудования и процессов фотографирования.

Они использовали свои технические навыки для достижения желаемых визуальных эффектов в своей работе.

Несмотря на то, что оба фотографа подходили к макросъемке с разными предметами и стилистическими нюансами (идея Уэстона говорила нам о нестандартном взгляде на образ бытовых вещей, у Мэпплторпа же преобладал интимный взгляд на образ объекта фотографии), общий принцип у них был очень схожим.

Острая, лаконичная выразительность линии, оригинальный ракурс, внешняя фактурность, игра света и светотени превращают вещь съемки в инопланетные объекты, и завораживают внешним видом.

Также, среди особенностей можно выявить и внимание к деталям, абстракции и скульптурному изображению объектов.

Эти основные принципы подчеркивают влияние макрофотографии на демонстрацию красоты мелких и часто упускаемых из виду деталей в изображении вещей вокруг нас.

Смотря на работы Уэстона и Мэпплтропа, а особенно на их макроснимки, мы начинаем изучать объект съемки как нечто иное, видимое нами в действительности.

Благодаря непривычным ракурсам, наш мозг начинает воспринимать обычные вещи, будь то хлеб, капустный лист или же перец, соверешнно с иной стороны.

Это вызывает в нас восхищение, смешанное с удивленем, а также подтвержает мысль, которую нам доносят фотографы. Мысль, что все обычное может стать необычным, если посмотреть на это под другим углом.

Человеческая форма была в центре внимания портретов обоих фотографов. Исследования тела крупным планом Уэстона, такие как его серия «Nude», и исследования Мэпплторпа мужского и женского тела продемонстрировали их общий интерес к эстетическим качествам человеческого тела.

Исследования обнаженной натуры Уэстона часто склонялись к естественности и классике. Сам фотограф утверждал в своих ежедневниках, что: «Ни разу во время работы с персонажами фото у меня не возникло на них какой-либо физической реакции; я также не пытался запечатлеть эротическую символику».

Хотя, бывали и другие мнения. Многие биографы Уэстона основывались на мнении, что у фотографа все же был интимный образ в серии обнаженных тел. Бен Мэддоу писал: «Он потратил все свое время и силу своего духа на многочисленные любовные связи; и он сделал сотни фотографий обнаженной натуры. Почти в каждом случае искусство и желание были неразрывно переплетены».

Работы Мэпплторпа, особенно в этом жанре, были более разнообразными, охватывая как классические, так и более откровенно эротические элементы.

Мэпплторп был провидцем фигуры. Образы сильных женщин и деликатных мужчин, созданные Мэпплторпом, помогли проложить путь к странному самовыражению, оторвавшись от традиционного изображения альфа-мужчины или покорной женщины в обмен на великолепное андрогинное начало.

Стирая грань между полами ради уважения к самому телу, Мэпплторп подчеркивает физическое выражение духа.

Однако, несмотря на эти различия, Уэстона и Мэпплторпа объединяла одна важная особенность.

Их вклад в фотографию обнаженной натуры, в первую очередь, включал в себя стремление поднять человеческую форму на уровень художественного выражения, демонстрируя красоту и сложность обнаженной натуры в соответствующее время и контекст.

Мэпплторп делал это через образ монументальности и скульптурности обнаженного тела, Уэстон же передавал это при помощи эстетизации и классического образа человеческого тела.

И Уэстон, и Мэпплторп подошли к фотографии обнаженной натуры с сильным художественным и академическим намерением. Их изображения выходили за рамки простой документации, приглашая зрителей погрузиться в красоту, форму и символику человеческого тела.

Даже использованная ими четкость и резкость фотографий обнаженной натуры подчеркивали форму и строение человеческого тела. Это техническое мастерство способствовало визуальному воздействию и эстетической привлекательности работ.

Подводя итоги и проанализировав основные сходные характеристики Уэстона и Мэпплторпа, мы можем подтвертить свою гипотезу, которую основали в начале исследования.

Действительно, можно сказать, что оба фотографа имеют абсолютно разную идеологию в своих работах, но количество схожих техник, таких как фишки использования монохромной фотографии, симметрия в использовании форм и композиций, скульптурная и монументальная эстетика, игра со светотенью и т.д, не могут не удивлять.

И как раз схожесть в портретной съемке, макросъемке, а также в формате обнаженной фотографии как раз показывает, насколько комбинация использования всех этих фототехник давала похожий результат.