Глава 2. Использование архивов

Съемочная группа журналистов расследует строго засекреченное дело. Им удается раскопать настоящую сенсацию: оказывается, еще до Великой Отечественной войны в СССР была создана первая ракета и готовился полет на Луну. Вниманию зрителя в этом фильме представлена откровенная мистификация. В фильме работает перемешивание подлинных архивных кадров и документальных стилизаций, причем за самой «нарезкой» с первого раза не уследишь: так, видимо, устроено зрительское восприятие — пока есть интрига, зритель не успевает различать технические детали. «Все, что было, снималось; все, что снято, то было» — цитата из фильма.

А также использован еще один прием — включить элемент сомнения в правдоподобии в сам текст. Например, в фильме женщина-специалист из секции «юный моделист-конструктор» высказывает сомнения по поводу чертежа ракеты — уж не мистификация ли это? И затем соглашается произвести «серьезный» эксперимент. В результате зритель чувствует доверие к персонажу, который озвучивает его собственные сомнения с экрана и в дальнейшем склонен доверять любому его высказыванию. Если «правдивый» сомневающийся персонаж говорит, что истина требует тщательного расследования, то и зритель вполне согласен «подождать» и не отметать все сразу как дезинформацию, если он уверен, что сейчас где-то «научные умы» (авторитеты в области истины) бьются над решением этого вопроса.

Интересна временная локализация событий фильма — тридцатые годы и какое-то наше время, которое мучительно по антуражу напоминает времена перестройки. География событий тоже неоднозначна: для места падения подозрительного метеорита взята Чили, а не наша тунгусская тайга, видимо, потому, что вокруг последней слишком много слухов, слишком объемный шлейф коннотаций. К тому же симулированные в фильме чилийские очевидцы падения таинственного небесного тела выглядят «авторитетнее» жителей Сибири именно по той причине, что зритель знает, что их сложнее изобразить правдоподобно. А кадры хроники могут быть любыми — зритель ведь не знает чилийской речи.

В фильме описана катастрофа на кувейтском нефтяном месторождении. В отличие от других документальных фильмов подобного рода, здесь не комментируется происходящее — во всём фильме содержится лишь несколько диалогов. Это реальные документальные события, представленные в ином ракурсе. Например, цитата Блеза Паскаля была выдумана самим Херцогом. Картина была подвержена критике из-за эстетизации насилия, но все же имела успех.

Фильм рассказывает о человеке, способном перевоплощаться в любые роли, менять внешний облик, манеру поведения. В начале фильма, после титра «создатели этого документального фильма выражают благодарность…», следуют синхроны с людьми, которым якобы довелось видеть Леонардо Зелига. Причем их эмоциональные высказывания заинтриговывают зрителя и подразумевают главный вопрос: кем же был на самом деле Зелиг, человек, который способен даже за считанные минуты превратиться из белого гангстера превратиться в темнокожего трубача.

Для создания полной иллюзии, что Леонардо — это настоящий человек, который жил в 20-е годы прошлого века, была использована хроника того времени, звукозаписи с якобы голосом героя, фотографии, при этом играющий роль Зелига Вуди Аллен был вмонтирован в эти кадры. За счет этого и возникает ощущение, что это действительно документальная запись.

Добавим, что пленка была специально искусственно состарена, по признанию режиссера, ее чуть ли не топтали ногами, что, по задумке автора, должно подтверждать, что события сняты не сейчас, а более шестидесяти лет назад (фильм вышел в 1983  году). Постановочная часть этой картины — история взаимоотношений Леонардо Зелига и психиатра, которую играет Миа Фэрроу — также вряд ли бы вызвала сомнения в подлинности у неосведомленного зрителя. Таким образом, для того, чтобы выдумка оказалась похожа на правду, Аллен продумал до мелочей все технические и выразительные приемы фильма.

Картина Питера Гринуэя «Падения» («Фоллы») построена на выдержках из вымышленного справочника-указателя, содержащего сведения о 19  миллионах жертв загадочного ожесточенного воздействия (ЗОВ), а точнее, из того его раздела, где фамилии людей начинаются на «Фолл». Всего в фильме исследуются судьбы 92  людей. Некоторые из них слышат неведомые языки, некоторые же превратились в птиц, некоторые исчезли или утратили связь с реальностью.

Фильм состоит полностью из статичных кадров, фотографий, сделанных ради этого проекта. Гринуэй работал над фильмом с 1978 по 1980  гг. В фильме использовано множество фотографий, рисунки и картины Гринуэя, а также фрагменты из его предыдущих киноработ: «Дерево», «5  открыток из городов», «Эрозия», «Вода», «Прогулка через Эйч» и «Реконструкция» Вертикальных предметов.

Режиссер «Властелина колец» Питер Джексон также обращался к мокьюментари на раннем этапе своей карьеры. Совместно с режиссером Костой Боутсом Джексон снял псевдодокументальную ленту о вымышленном новозеландском кинематографисте Колине МакКензи, который будто бы предвосхитил все приемы немого кино задолго до голливудских режиссеров.

Картина содержит созданные архивные кадры, «случайно обнаруженные» Джексоном много лет спустя после смерти постановщика, интервью с родственниками гения, беседы с реально существующими кинематографистами, а также постановочные съемки с самим МакКензи, которого играет Томас Робинс. Фильм не раскрывает своей фальшивости до конца финальных титров.